Потом тело Дика забрал человек из вонючего автомобиля, положил в мешок, забрал у хозяйки три тысячи рублей и куда-то увёз. Но это уже не имело значения, ведь все собаки попадают в рай. И Дик там будет. Наверное, даже с хозяином. Он будет бегать по зелёным лугам вечной страны, прыгать и лизать руки хозяина своим шершавым языком. потому что он всегда был добрым псом.
Наверное, рано или поздно на лугах этой страны будем и мы, только будет ли у нас такой Дик?
Железяка
Нежаркий августовский день клонился к закату. Тени уже ощутимо вытянулись к востоку и налились вечерней прохладой. Но в огороде еще вполне терпимо для работы.
Серёга проводил мать на электричку, поехавшую в город по делам, и обещавшую вернуться только завтра, сел на лавочку возле дома и закурил. Предстояла большая работа.
С утра мужчина полдня косил с короткими перерывами на перекуры и обед, а сейчас нужно сгребать скошенную траву в кучи и таскать в компостную яму. Работа неспешная, размеренная и простая. Такая, как он любил... Не сказать чтоб важная и срочная. Так... В свое удовольствие на свежем воздухе. Более для здоровья.
Магнитола, стоявшая за домом на столе, играла хиты ДДТ, и Сергей, подпевая Шевчуку, принялся за дело. Запах скошенной травы дурманил голову, и будил забытые воспоминания... Солнце, детство, речка, Ленка...
Как то быстро вечер затемнил округу. Следовало поторопиться, чтобы не ковыряться в темноте. Да и солнце, как назло спряталось за закатные тучи. Стало совсем уж пасмурно. Подул прохладный ветерок.
Серёга, шустро орудуя граблями, дошел почти до конца огорода, заросшего густыми зарослями, когда до его ушей донесся странный звук. Ничего подобного он не слышал никогда. Нечто, похожее на тонкий звук металла. Как будто кто-то осторожно стучал тонкой проволочкой по металлическому листу. И звук определенно доносился из-за ограды. Но ограда была деревянной, да и стучать за ней было некому и нечему. Там начинался густой лес, переходящий на вершине горы в черновую тайгу.
Между плечами Серёги прополз предательский холодок. Он ощутил беспричинный страх. На ум стали приходить ненужные глупые мысли. Случись с ним что-либо, зови-не зови, кричи-не кричи, с пустынной деревенской улицы никто не придёт на помощь. Он всмотрелся в сгустившуюся тьму кустарника, и вдруг что-то разглядел под сенью ветвей. Там таилась темная массивная тень некоего зверя, угрожающе смотревшего на него, и приготовившегося к прыжку. Глаза хищника светились в полумраке.
Сергей заорал от ужаса, и чуть не бросился бежать прочь, как вдруг вспомнил, что в этом месте дыру в заборе прикрывает лист старого кровельного железа. Ну елы-палы, так и есть. Это ж ржавый лист, который он принял в сгустившейся тени за зверя, а там, где была "голова", светились две проржавевшие дырки. Наверняка и странный металлический звук исходил от этого листа. Сергей рассмеялся, подошёл к забору, и стукнул по железяке рукой. Но лист не издал никакого странного звука, смутившего его, ведь он был намертво прибит к забору.
Сергей осмотрелся, но не нашел ничего, что могло бы задевать за железо или касаться его. Странно... Звук-то он явно слышал, не сошел же с ума...
Звук раздался снова. В тихом вечернем воздухе он слышался довольно явственно. Теперь уже казалось, как будто звук исходит от небольшой рощицы из молодых берёз и осин, находившейся в десятке метров от забора. Такое ощущение, как будто кто-то тихонько стучит металлической ложкой по стеклянной посудине. Например, по стакану. или пустой бутылке. Серёга вдруг подумал, что стоит тут совсем один, в темноте, у забора, за которым лишь лес и горы. По сердцу полоснул страх. Непрестанно оглядываясь, мужчина пошел к дому. Заросли на краю огорода теперь как будто таили неясную угрозу.
Зайдя в дом, Сергей достал из холодильника бутылку водки, налил большую стопку и залпом выпил. Потом тут же, без остановки, налил и выпил еще. Но холодная водка не принесла успокоения. Он то и дело подходил к окну, смотревшему на огород и всматривался во тьму. Конечно же, там ничего не было, кроме листа железа. Наверное. Этого он не смог бы сейчас с уверенностью сказать. Всё это было очень и очень странно...
Ночная танцовщица
Эх, разгульный 1996 год, тёмная холодная зима... Я только что оттрубил от звонка до звонка зимнюю вахту на полярной буровой, и меня вёз домой медленный поезд, с трудом пробивающийся через мороз и пургу от богом забытого севера. Сердце обуревало радостное предчувствие чего-то нового и манящего. Я как будто освободился от гнетущего рабства. Под майкой на теле крест накрест была перетянута самодельная обойма из ткани, только вместо патронов в её отделениях лежали деньги. Много денег. То, что я получил за несколько месяцев напряжённой и тяжёлой работы нефтяником. И сейчас весь мир лежал передо мной. Так хорошо мне никогда не было.