Эвелин встала и тут же без сил опустилась на софу. Ее трясло. От слов ли, от усталости…? Она не колебалась никогда. И сейчас, зная, что Скиллар хватает людей без разбора, зная, что Габриэль не шутит в своих словах и планах, она все равно готова была остаться здесь. Эвелин согласна была в душе с некромантом, но ее человеческая сущность, далекая от общего блага в этот момент, бунтовала. Внутреннее противоречие раздирало ее внутренности, рвало на части.
Габриэль присел на колени рядом с Эвелин, взял ее за подбородок и заставил посмотреть на себя.
-Ты ведь любишь меня, Эва?
-Люблю, - отчаянно блеснули слезы в ее глазах. Дрожали губы. Лицо побелело. Звездные искры в ее взгляде горели тоской и безысходностью.
19
«…Заговорщикам предлагается сдаться добровольно до полуночи. Высшею волей Правителя объявлено: за нанесенный умышленный вред Авьере искупление понесут невинные люди. Милостивой волей правитель предлагает прекратить заговорщикам попытки свержения власти, выбранной самим народом Авьеры. Правитель обещает принести мир в эти земли и заговорщикам предлагается оставить любые замыслы…»
В том или ином варианте, но текст указа читался во всех провинциях, на всех ярмарках и всех рынках. Шепоты и пересуды о поджоге, проклятия осквернившим дом Луала, слышались на всех улицах, переходили от селенья к селенью, от лачуги к лачуге, задевали всех и каждого.
К облегчению Эвелин, жители Авьеры мыслили схоже и требовали казнить преступников-поджигателей. Орден Глубин совершил большую ошибку и теперь терял остатки своей популярности в народе. Габриэль был едва ли не святым в глазах жителей. Находились, конечно, те, кто читал и слушал указ внимательнее и понимал, что за преступления Ордена наказание коснется невинных, но Авьера была большой, Орден терял свои позиции с каждой минутой, а потому мало кто верил в то, что казни будут массовыми. Наверняка, Орден заползет в самый темный угол Авьеры.
В столице Авьеры был объявлен траурный ход по городу. Габриэль со своей свитой в назначенный час вышел из замка. Он раздавал монеты серебряные и золотые прохожим, следующие за ним – угощенья и вина. Колокола церкви не звучали в столице. Теперь со стороны божьего дома доносились стуки орудий – церковь перестраивалась.
Народ почтенно расступался перед своим правителем. Поспешно снимали праздничные ленты. Траурный народ в нарядных кафтанах и одеждах смотрелся нелепо. Но всех жителей Авьеры сейчас объединило горе. Именно это способствовало тому, чтобы положение Габриэля стало почти нерушимым.
Эвелин шла рядом с Лотером. Она закуталась в темный плащ и разливала мед подходящим, приветственно отвечая на пожелания.
-Госпожа Эвелин, - обратился Лотер, разливая вино просящим. Его увлекала жизнь Авьеры, пожар, траурное шествие – это было в новинку юноше. – Я думаю, вы в беде. Вас хотят убить.
-Тоже мне новость, - отмахнулась Эвелин. – Я советница правителя. Было бы очень странно, если бы меня не пытались убить.
-Госпожа, - юноша все-таки настойчиво обратился к ведьме, - я шел вчера по темному проходу и меня не видели, когда я, похоже заплутал и вышел не в ту галерею.
-Ну да, строение у нас неслабое в этом плане. Мир тебе, - Эвелин разлила мед.
-Я услышал шепот за углом и остановился послушать, - продолжал юноша, не замечая издевок советницы.
-Подслушивать нехорошо, - рассмеялась Эвелин, улыбаясь белокурой девочке, которая трогательно схватилась за ее руку.
-И я услышал ваше имя несколько раз, - юноша был воодушевлен своим наблюдением и не замечал настроения советницы. Она же больше думала о Габриэле и идущей за ним своей служанкой – Линой с корзиной фруктов. Ведьме не терпелось оказаться рядом с некромантом. Но долг обязал ее сопровождать высокого гостя. – И что хуже для вас, это имя произносил ваш друг, Франсуа.
Эвелин резко обернулась к нему. Ярость выбросила в ее душе змеиные кольца.
-Как ты смеешь, Лотер? – она сорвалась на шипение. Змеиное, как яд, проникший в ее душу. – Ты не знаешь ничего о Франсуа, чтобы обвинять его. Я закончила.
Она бросила пустую, бутыль из-под меда в руки какому-то из стражников и тот растерянно ее поймал. Ведьма сделала несколько резких шагов вперед, и произошло сразу много событий.