Эвелин взяла белую ткань с вышитой серебром молитвой к Луалу и девяти рыцарям-адептам его и положила ее на закрытые навечно глаза своей служанки.
Ей захотелось сделать что-нибудь еще для нее. Она вспоминала, как отпихивала ее помощь, как срывалась на несчастную Лину. Лина, распростертая на ложе, наверняка простила бы советницу, но ее голос теперь навсегда затих.
-Прости меня, - Эвелин сама не знала за что просит прощения. Ведь, если разбираться, вины ведьмы в смерти служанки нет. Но Эвелин выбрала фразу интуитивно, не вдумываясь, и смысл тяжелых слов смешался с подступающими к глазам горьким слезами.
-Я знал, что найду тебя здесь. – Габриэль возник рядом неожиданно для человека, но так ожидаемо для Эвелин. Его взгляд жадно оглядел советницу и равнодушно прошелся по мертвой Лине. – Эва, я найму для тебя новую служанку.
Советница обратила взгляд полный слез на него, но ничего не сказала. Она сняла одно из своих колец с левой руки и вложила серебряное украшение с красным камнем посередине в мертвую руку.
-Эва, - Габриэль обратился уже мягче, - ее дух уже в чертогах Луала. Ее место среди вечности, среди звезд. Не плачь о ней. Она лишь человек.
-А о ком мне плакать? – Эвелин избегала взгляда Габриэля. – О ком, скажи мне, мудрый правитель?
-О себе, - предложил тотчас он. Его рука слегка приобняла Эвелин за плечи и развернула к себе. Теперь они стояли лицом к лицу, как могут стоять близкие…или враги. – Тебя хотели убить.
-Хотели, - равнодушно отозвалась она эхом.
-Это дело рук Ордена! – Габриэль слегка приподнял ее за подбородок. – Я прикажу казнить десять человек.
-Ты оцениваешь мою жизнь десятью другими? – она высвободилась и улыбнулась, теперь уже по-настоящему, сквозь слезы в глазах.
-Твою? – правитель, казалось, был удивлен. – Нет. Ее. Жизнь твоей служанки. За твою жизнь я стер бы с лица гораздо больше.
-Одиннадцать человек? – поинтересовалась ведьма. – Или, может быть, двенадцать?
-Или половину Авьера, - в тон отозвался Габриэль.
-Перестань, - отмахнулась советница. – Я не настолько ценна для тебя. Единственная причина, по которой я еще здесь, это то – что равных по силе тебе нет в этих землях и…
Она не договорила. Эти слова стали для Габриэля пружиной, провокацией. В один миг он снова оказался рядом с ней, только теперь его руки держали ее совсем близко и гораздо сильнее чем раньше. Глаза некроманта полыхнули причудливым зеленоватым пламенем, и голос его сошел на яростный шепот совсем близко к ее лицу:
-Ты полагаешь, Эва? Действительно так полагаешь? Думаешь, я спас тебя из плена, от армии, от самой себя, от твоих врагов лишь от скуки? От того лишь, что мне нет равных по силе?
-Отпусти меня, - прошептала Эвелин. Ее безуспешные попытки высвободиться злили Габриэля еще больше. Некромант отпустил ее, но тут же, взмахом руки слегка приподнял на воздух. Ноги Эвелин, беспомощно болтавшиеся в локте от земли, пытались его задеть, ударить. Руками она хваталась за шею – ей не хватало воздуха. Габриэль слегка шевельнул пальцем, и невидимая петля сильнее стянулась у ее горла. Ведьма захрипела.
Некромант отпустил ее тело вниз. Тело упало на пол, взбились многочисленные слои ткани и плаща. Кашляя, Эвелин принялась оправлять их, чтобы встать в достойном виде.
Габриэль резко дернул ее с пола и сам помог расправить все ткани.
-Эва, я убивал и за меньшее оскорбление – ты знаешь. Ты как?
-Нормально, - Эвелин пришла в чувство. Ярость Габриэля была ей ясна. Зря она его провоцировала. Это не Рудольф, который…
-Я беспокоюсь за тебя, - продолжал некромант, и мысль о Рудольфе рухнула куда-то вниз. – Думаю, тебе лучше пока уехать на время. Скажем, с дипломатической миссией.
Он легко провел по ее волосам рукой, разглаживая и распутывая их. Эвелин порывисто прильнула к нему, и Габриэль обнял ее.
-Не бойся, Эва. Никто не причинит тебе вреда. Но тебе действительно лучше уехать.
Эвелин чувствовала биение сердца в груди Габриэля. Медленное, медленнее, чем у обычного человека, еле слышное. Она провела пальцем по его груди, надеясь почувствовать сердце яснее, но этого не произошло. Некромант оставался холоден…только горящие зеленоватым отблеском глаза выдавали его.
-Куда мне ехать? – спросила советница, отстраняясь от правителя.