-Меня зовут Наина, - процедила она, останавливаясь возле порога и приподнимая пышные юбки сухими крючковатыми пальцами. – Я жена Волоха!
-Честь имею, - Эвелин склонилась в почтении, Лотер встал и поклонился жене правителя Сибона. – Но чем мы обязаны вашему визиту?
-Мой муж в беде, - прохрипела Наина. – Вы должны ему помочь. Он…заболел.
Слово «должны» резануло слух Эвелин. Разумеется, пришли к ней, как к ведьме, рассчитывая на помощь. Советница не была из тех ведьм, что занимались целительством – ее таланты были в другой области, хотя, базовые навыки у нее, конечно же, имелись. Эвелин прикинула, что если спасёт жизнь Волоху, то тот может быть ослабит условия, или вовсе изменит по возобновлению торговли с Авьером.
Эвелин быстро кивнула и покорно скользнула за Наиной, уже мелькнувшей тенью в коридоре. Лотер сделал, было, шаг за советницей, но один из стражников (кажется, один из тех, что был при их въезде в Сибон), дружелюбно, но очень твердо сказал:
-Оставайтесь здесь. Такой приказ.
Эвелин нервно спешила за Наиной. Ее мысли сотрясала непривычная дрожь – обычно жизни людей зависели от неё в другом плане. Она, как советница, могла помиловать, или отдать приказ о казни, могла интриговать, травить, испытывать свои заклинания на жителях…сейчас же ей требовалось спасти жизнь.
Ведьма едва поспевала за Наиной, которая мелькала в путанице коридоров и хитросплетений Ратуши. Фрески и гравюры мирной сельской жизни сливались в одно бесконечно яркое пятно и вызывали раздражение глаз.
Наконец, распахнулась тяжелая дубовая дверь, ведущая, как оказалось, в большой обеденный Зал. Повсюду стояли накрытые столы, серебрились и золотились приборы, изысканные кушанья. От запахов Эвелин подурнело – почему-то именно запахи заставили её прочувствовать, что это больше не тот Сибон, который она знала раньше. В том, старом Сибоне, тарелки были глиняными, кушанья простыми и составлялись в большей мере из растительной пищи. Здесь же царствовал аромат жареной дичи, истекающего жиром кабана и рыбы. Все густо заправлено пряностями.
Волох лежал посреди Залы. Вокруг него, оставив небольшой просвет, стояли люди, о чем-то шепотом переговариваясь.
-Она излечит его! – возвестила Наина, входя в Зал.
И тут же Эвелин почувствовала Её. Смерть. За годы, долгие годы общения с Габриэлем, Эва научилась её ощущать. Этот сладковатый, пьянящий аромат безысходности и сырости.
-Госпожа, - вперед к Наине выступил какой-то низенький человечек в смешном красном наряде. – Наш правитель скончался. Мы подозреваем отравление.
Эвелин замерла за спиной Наины, боясь пошевелиться и даже вздохнуть. Она предполагала такой поворот событий, но предположение в реальности оказалось ещё страшнее. Страх ещё сильнее сжал горло советницы, когда она увидела, что смешной человечек протягивает своей госпоже бокал с полупрозрачной водой, на дне которой весело трепещутся маленькие черные змейки – признак колдовского яда.
Казалось, что Наина почернела от горя за мгновения. Она скукожилась, сжалась, состарилась. Её тело, словно подкошенное, упало на колени подле трупа отвратительного узурпатора. Из горла новоиспеченной вдовы сорвался не плач, а самый настоящий крик и вой. Звериный и жуткий он разодрал напряжённое молчание. Наина вцепилась в свои каштановые волосы и завыла, раскачиваясь взад-вперёд. Её ногти соскользнули с волос и пальцы вцепились в щеки так, что из царапин потекла кровь.
Эвелин попятилась. Половица скрипнула. На неё обернулись все. Убитая горем, почерневшая и постаревшая, осунувшаяся, с кровью, стекающей по лицу, Наина обернулась…
-Схватить изменницу, - прочитала советница по губам прежде, чем услышала слова. Сухие растрескавшиеся губы отдали приказ. Приказ должен быть был исполнен.
-Умоляю вас! – Эвелин дёрнулась для порядка, прекрасно помня, что Лотер где-то в верхних комнатах, что сама говорила ему – не сопротивляться. – Умоляю вас, Наина. Мы были наверху. Это не наших рук дело! Мы прибыли с миром! Умоляю вас. Умоляю!
Бесполезно. Наина оглохла и ослепла. Горе стало её новой сутью, фанатичной и жесткой. Теперь из души новоиспеченной вдовы, самозабвенно текла кровь, смешиваясь со слезами.