Спаси же, Святой Луал. Спаси же эту молодую и преданную жизнь. Спаси же их всех…
39
-Мой господин, - раздался в полумраке Залы шёпот. – Франсуа арестован.
-Прекрасная новость, - отозвался Правитель. Его тон был бесстрастен, а на лице – непроницаемая маска. Опасная маска, за которой могло скрываться что угодно и каждый, кто хотя бы раз встречался с правителем, знали это.
Габриэль лёгким небрежным жестом снял один из перстней и вложил в ладонь склонившегося перед ним Скиллара.
Глава Тайного отдела так был обрадован такой милостью, что не удержался и поцеловал протянутую руку своего правителя и неслышно исчез в полумраке, прижимая драгоценный подарок.
Габриэль прошёл по Зале. Через несколько часов должна появиться Эвелин и Лотер – так сказал Абигор. Противно, конечно, что пришлось объединиться со своим врагом, но, что можно поделать, когда все Тёмные Территории под угрозой разрушения?
Территории никогда не были простым континентом, омываемым океаном. Территории были не просто землёй, но целым пластом, основой, поднятой из водных глубин. Чёрная вода укутывала этот пласт с четырёх сторон неподвижной водой, словно боясь, что Территории уплывут, сбегут из-под её власти и тогда вся вода, все глубины – станут всё той же пустотой. Безжизненным скоплением жидкости – не более. Нет, глубины были разумны, поднимая огромный кусок земли и фиксируя его чёрной силой воды…
И только потом они обезумели. С течением времени. Развивались страны, росли города, родилась магия…
И этот пласт всей земли, этот континент Тёмных Территорий постепенно становился теперь слабее. Он истончался, разрушался с тем, чтобы в скором времени утянуть все земли обратно в бездну и запустить новый цикл жизни. И глубины, снова разумные, поднимут новый пласт земли…
Тёмные Территории под угрозой уничтожения. Магия даст подпитку и скрепление ещё на некоторое время. Так гласили легенды! И это было единственным источником информации для всех магов. Проблема в том, что нет одного сильного мага в Территориях. Можно объединиться более слабым… однако, и тех немного. Выбирать Габриэлю было не из чего. Он решил, что возьмёт Эвелин, как самую сильную из всех живущих ныне ведьм, и ещё двух-трёх магов. Абигор, его давний враг, к удивлению, отозвался.
Все маги и ведьмы чувствовали злой рок, висевший над Территориями. Может быть – его чувствовали и люди.
По плану Габриэля, Эвелин должна была уехать на время из Авьера, чтобы он мог подготовить необходимые ресурсы для этой магии. Однако в дело вмешался Абигор, захотевший познакомиться с советницей своего врага.
По возвращению Эвелин, ресурсы должны быть уже готовы полностью. Насколько знал Габриэль, Абигор тоже почти подошёл к концу в своей подготовке. Но некромант опасался, что и этих сил не хватит, для достижения цели… с нетерпением вглядываясь в ночь, он ждал ответа от ещё одного мага.
Габриэлю было отчаянно жаль, что он пока не мог посвятить Эвелин в проблему и предложить ей участие в ритуале восстановления и спасения. Цена ритуала была высока… некромант понимал, что ведьма может отказаться в ужасе и не убедит её даже любовь к своему правителю.
О, как смешил Габриэля теперь орден Глубин, сумасшедших людишек, что жаждали свергнуть его с престола!
Легенда о глубинах и возникновении Тёмных Территорий жила в народах и странах, цвела и обрастала новыми подробностями, и Габриэлю понадобилось большое количество времени, чтобы найти истину.
В ночных бдениях, в горьком одиночестве, чувствуя пепел мёртвых душ на своих губах, он жалел, истинно жалел о том, что люди, простые и слабые люди живут себе и не знают, что находятся под угрозой конца всего… Его же участь, ровно, как и участь других сильных магов, куда печальнее. Ему дана сила. И сила эта зовёт его к действию, бросает в лицо геройство, о котором никто и никогда не узнает…
Разве же это справедливо? Сила всегда шла вместе с ответственностью перед миром, но одно дело отвечать за одну страну, а другое – за все…