Ярость Грейс испарилась так же стремительно, как и появилась. Она улыбнулась Каре, пожала плечами, как бы говоря: «Ну а что тут поделаешь?» И раскрыла книгу. Кара ожидала, что лицо у неё разочарованно вытянется, как только Грейс увидит пустые страницы и поймёт, что все эти хлопоты были впустую.
Вместо этого Грейс выпучила глаза и задрожала всем телом.
– Мама дорогая! – сказала она.
Грейс открыла наугад другую страницу ближе к середине гримуара – намного дальше, чем успела добраться Кара. Бережно-бережно, самым кончиком пальца, она принялась водить по странице, очерчивая выступы и впадины невидимого изображения.
– Что он тебе показывает? – спросила Кара.
Когда Грейс подняла голову, её безупречное личико вспотело и раскраснелось от возбуждения.
– Всё!
Грейс наклонилась, едва не уткнувшись носом в страницу. И стала исторгать из глубины гортани череду странных стенаний и кряхтений. Неужели и сама Кара издаёт такие звуки, когда читает заклинание? Как будто она не она, а проводник чего-то иного, тёмного и куда более могущественного… Эта мысль её встревожила.
– Грейс, – сказала она чётко и размеренно, – лучше перестань. Ты не понимаешь, что ты де…
И тут пошёл снег.
Просто так, ни с того ни с сего. Только что стоял обычный осенний день, и вдруг кругом сделалось белым-бело. Зашелестела листва – сквозь рощу неслись взбудораженные животные, их внутренние часы посходили с ума от этой необъяснимой смены сезонов.
– Да! – вполголоса выдохнула Грейс. И запрокинула голову к небу, так, чтобы неожиданно холодные хлопья падали ей на лицо, на лоб, на язык. Снег исчезал в её волосах – они были того же оттенка, что и он.
– Так вот она какая! – сказала Грейс. – Магия!
Она перешла на заговорщицкий шёпот, как будто они с Карой – две обычные девчонки, которые сидят и секретничают.
– Мне всегда было интересно. Ведь в историях ничего не говорится о том, как это здорово! Нет, конечно, я-то ведь не ведьма, как ты. Я следую Пути, и потом, разумеется, непременно покаюсь…
Она перевернула страницу.
– Но сперва ещё одно, только одно заклинание…
Кара выхватила гримуар у неё из рук и бросилась бежать в сторону деревни. Она ожидала, что Саймон кинется в погоню, но великан отпустил её беспрепятственно.
– Верни назад! – завопила Грейс ей вслед. – Верни мою книгу! Верни немедленно!
Но Кара неслась вперёд. Сердце колотилось в груди, под ногами трещали ветки. Она была почти у самого дома, когда заметила, что снег прекратился.
14
Дерево фенрут, растущее в центре деревни, было причиной того, почему последние оставшиеся Дети Лона решили отправиться в паломничество в Де-Норан, невзирая на опасности Чащобы. С ходом веков фенруты встречались всё реже, а без фенрута нельзя основать общину, должным образом чтящую Тимофа Клэна. Вот и теперь деревенские жители собрались под деревом, терпеливо ожидая на разложенных вокруг него гладких валунах. Они делились по профессиям: в первом ряду сидели старейшины с семьями, следом лавочники и фермеры, а в последних рядах – рыбаки и торговцы. Позади всех сидели чистильщики, причём на почтительном расстоянии от остальных, иначе «дышать будет нечем».
Серые плащи были единственными, кто не садился. Они сновали между камней, держа наготове свои посохи с деревянными шарами. Всякого, кто осмелится задремать во время проповеди, ждало неприятное пробуждение.
Но даже серые плащи замерли, когда в круг вступила Кара.
За эти годы она привыкла к неодобрительному ропоту, который вызывало её появление на еженедельной службе. Неприятно, конечно, когда тебя так приветствуют, но обычно люди ворчали вполсилы, по обязанности, так, будто это ещё одна необходимая работа: подмести в сарае, вспахать поле, пристыдить девку-ведьму. Сегодня всё было иначе. Кара краем глаза видела, как какой-то отец притянул поближе своих детей, как старая карга сплюнула в проход.
Они видели снег и думали, будто это всё она.
– Что происходит? – шёпотом спросил папа.
Кара пожала плечами и провела их к трём камням в фермерской части. Как только они расселись по местам, вокруг снова пошли разговоры об урожае, о погоде, о последних сплетнях. Папа обернулся к вдове Миллер и спросил у неё, как идут приготовления к празднику Теней. Ничего особенно интересного в их разговоре не было, однако Кара всё же улыбнулась: возможно, папе наконец-то становится лучше.
Тафф ёрзал на своём камне рядом с Карой.
– Не понимаю, зачем нам ходить на службу! – сказал он. – Всего же три ночи осталось от праздника Теней! Нет бы веселиться!