– Я не ошибся.
– Но всё-таки, если ты ошибся, ты сможешь просто вернуться назад. Тогда я выпущу тебя из калитки, и мы попробуем пойти другой дорогой. Таким образом, мы не рискуем начать всё заново.
Каре было очень противно лгать братишке, но этот план и в самом деле выглядел разумным. Даже Тафф, похоже, впечатлился.
– Но я правда уверен, что это правильная дорожка! – сказал он.
– Тогда, значит, до дома совсем недалеко. А бегом ещё быстрее. Если ты не вернёшься через несколько минут, я увижу, что это верное направление, и пойду за тобой следом.
– Да я просто вернусь и сам скажу…
– Нет! – вскричала Кара, так громко, что Тафф вздрогнул. – Нет! Дойдёшь до дома – оставайся там. А я приду сразу за тобой. На вот! – Она просунула фонарь сквозь калитку. – Возьми.
– Без фонаря же будет очень темно, Кара. Как же ты найдёшь дорогу?
– Ничего, как-нибудь. Вон, там за мной уже другие идут.
Она наклонилась поближе и шёпотом сказала:
– Я их отправлю через левую калитку!
Тафф захихикал.
– Я мигом!
– Беги! – сказала Кара. – И не останавливайся, пока не добежишь до дома.
Она дождалась, пока топот братишки затих вдалеке. И вошла в левую калитку.
Сордус стоял в конце прохода – там был тупик, – кутаясь в свой плащ. Лицо пряталось в складках капюшона, но сам он выглядел ниже ростом, как будто умалился, выйдя из Чащобы. И даже пальцы-веточки выглядели слабыми и ломкими.
Каре захотелось повернуться и убежать, но она сдержалась.
«Ему нужна я. Пока я тут, Тафф в безопасности».
Сордус зашагал в её сторону. Свежая солома, нападавшая после бури, хрустела у него под ногами. Кара слышала детский смех, слабые звуки скрипки – кукурузное поле заглушало музыку, но она всё же была слышна.
– Зачем ты здесь? – спросила Кара.
Оранжевый плащ шуршал – Сордус подходил всё ближе.
– Как ты сюда попал? Ты же не можешь покидать Чащобу, даже в Последнюю Ночь.
Гримуар буквально умолял, чтобы она его использовала («Да, он могуществен, но не могущественней нас!»), но Кара не вняла его зову. «Нельзя пользоваться его могуществом, это не принесёт ничего, кроме зла. Мне просто нужно дать Таффу время уйти в безопасное место».
Подойдя футов на десять, Сордус остановился. Кара была изумлена тем, каким он выглядит неуклюжим – ничего общего с тем всемогущим существом, которое она видела в Чащобе.
Сордус протянул свои руки-ветви.
– Отдай его мне! – сказал он.
Он говорил нарочитым басом. Голос был вполне человеческий. Кара смерила стоящую перед ней фигуру новым, трезвым взглядом. Плащ недавно перекрашен. Руки-ветки на самом деле… просто ветки.
– Слушай меня, ведьма! – воскликнул лже-Сордус дрожащим голосом. – Отдай мне то, что ты похитила!
Кара толкнула его на землю.
– Кто ты такой? – завопила она, пытаясь содрать с него капюшон.
– Я… я могущественный…
– Кто ты?!!
– Я Аарон! Аарон Бейкер!
Мальчишка на четвереньках отполз подальше и сдёрнул капюшон. Кара увидела бегающие глазки и знакомую потную челку. Аарон закрыл лицо руками.
– Не надо превращать меня в жука или ещё в кого-нибудь! Пожалуйста, не надо! Это она сказала, что ты у неё что-то украла, но ты мне его отдашь, если я оденусь, как… как он, потому что ты ведьма и всё такое. Я-то думал, она просто шутку хочет разыграть. Ну, знаешь, как всегда делают на празднике Теней. Я ничего плохого не хотел!
Каре незачем было спрашивать у Аарона, отчего он вообще согласился сыграть эту роль: Аарон, как и большинство мальчишек, был без ума от Грейс и готов был сделать всё, что она ни скажет. Да, с точки зрения Грейс, план должен был выглядеть безупречно: «Сордус» потребует гримуар, Кара, его верная прислужница, повинуется, и Аарон принесёт ей книгу, как собачка поноску.
– Слушай, я не знаю, что там у тебя, – продолжал Аарон, – но не могла бы ты мне его отдать, а? Она обещала меня поцеловать, если я его принесу.
– Нет.
– Ну и ладно!
Он скрестил руки на груди.
– Она сказала, что ты, возможно, всё равно догадаешься, что я не он. Она сказала, что это не беда – главное, чтобы я увёл тебя от брата и дал ей время…
«Тафф!»
Не думая больше о тропинках, Кара ломанулась в тупик, прямиком через кукурузу. Плотно сидящие стебли хлестали её по лицу на бегу. Через несколько минут кукурузное поле кончилось, и Кара выскочила навстречу свету и смеху в нескольких ярдах от настоящего выхода.
– А Девка-Ведьма сплутовала! – заявила какая-то малышка, указывая на неё пальцем.
Двор фермы был полон народу. Большинство детей уже стащили с себя костюмы, но им ещё хватало сил ловить ртом яблоки или играть в догонялки. Родители пили горячий эль из деревянных чашек и болтали о том о сём.