– Это о том, которого якобы видела Эстель?
– Не якобы. Его видели мои люди. но поймать не смогли. Это явно не оборотень.
– Хм, мне в голову приходит лишь клан Ночи.
– Вот и я так подумал. Может они действуют втихую и все вынюхивают здесь, а потом просто предъявят нам за все?
– В любом случае, отдай приказ волка не трогать. если обнаружат следить до самого конца.
– Есть!
Замок Ревенделл. Восточное крыло. Кабинет лорда Браунда.
– Вот как. Значит появился свидетель по делу о краже? Очень интересно. И кто же это? - Ксавье Браунд внимательно выслушал доклад вампиров о проделанной работе. Виктор рассказал о том, как им удалось поймать обезумевшего вампира, когда тот напал на их особняк и Виктор с помощью своей силы освободил разум Алана. Про Эстель он не сказал ни слова и Данте запретил, даже сделал внушение.
– Один из работников таверны “Сытый вампир”. Я бы хотел наведаться туда, поискать зацепки вечером.
– Это верное решение. Раз вам удалось допросить свидетеля, это поможет нам продвинуться. Клан Ночи официально прислали запрос-подтверждение передачи партии оникса. Мастер клана пока не дает никаких приказов по этому запросу.
– Сколько у нас есть времени на официальный ответ?
– Дня два, не больше. - Лорд был спокоен, однако Виктор чувствовал его тревогу. Плечи вампира слишком напряжены. Непонятно только почему он так нервничает. Едва ли потому, что ему нужно дать официальный ответ самому непредсказуемому клану. Виктор чувствовал, что-то не так.
– Если мы найдем улики в порту, дело продвинется, я уверен. Нужно затянуть ответ максимально, как только сможем. разборки с кланом Ночи нам сейчас совершенно ни к чему.
– Верно, Вик. Я сделаю все возможное. А пока придерживайся своего плана и обязательно докладывай мне обо всем, - он ободряюще положил руку на плечо вампиру.
– Конечно, лорд командующий. могу я идти? - уверенно ответил Виктор.
– Разумеется. И помни про был. Вердана готовится к нему с большим размахом. Думаю, пришла пора ей задуматься о семье и остепениться. От ее выходок в свете у меня уже голова болит.
– Я приду, лорд Браунд. Но позвольте сказать, что наши отношения с леди Браунд не касаются никого, кроме нас.
– Молодец! - Ни один мускул не дрогнул на его лице, показывая раздражение и неприязнь. Виктор просто чувствовал их. – Не стоит смешивать личное и работу.
– Да, милорд. - Виктор кивнул головой, Данте сделал более глубокий поклон и парни покинули кабинет вампира.
Идя по коридору, они свернули в первый поворот, а затем словно исчезли, использовав камень-телепорт. Говорить они могли только в поместье Виктора, вдали от любопытных ушей.
Поместье Виктора
В поместье царила атмосфера напряженной разрядки. Парни, решив выпустить пар после долгого периода сдержанности, устроили тренировочный поединок. Сбросив верхнюю одежду, они остались лишь в штанах, и звон стали о сталь наполнил площадку.
Данте был каким-то несобранным, несмотря на то, что является лучшим учеником Ксавье. Мысли его были далеко от легкой схватки. Его терзала несправедливость бытия. Несмотря на то, что Виктор относился к нему с уважением, Данте знал – он никогда не станет ему равным. Эта мысль жгла его изнутри, но еще сильнее его беспокоило другое.
Его разум все чаще занимала одна человечка. Ее образ, ее дерзкий характер, ее улыбка – все это навязчиво всплывало в его мыслях, не давая покоя. И это раздражало Данте больше всего. Он был пленен мыслями о смертной, которая, казалось, без труда завладела его сердцем.
Он знал, что это глупо. Глупо и опасно. Его природа, его кровь, требовали от него холодной расчетливости, а не этих… сантиментов. Она была хрупкой, мимолетной, как роса на рассвете, а он – вечным, закаленным в веках. Как могла такая пропасть между ними не ощущаться? Как могла она, сама того не ведая, так легко переступить через эту бездну?
Данте отбил очередной выпад Виктора, сталь скрипнула, высекая искры. Виктор, как всегда, был спокоен, его движения отточены до совершенства. Он был воплощением всего, чего Данте никогда не достигнет. И это было бы терпимо, если бы не она. Если бы не этот образ, который вторгался в его мысли, размывая границы между долгом и желанием.
Он вспоминал, как она смеялась, когда он пытался скрыть свое раздражение. Как ее глаза сверкали, когда она спорила с ним, не боясь его силы. Это было не просто влечение. Это было что-то новое, пугающее и одновременно… желанное.
– Ты слишком много думаешь, Данте, – прозвучал голос Виктора, спокойный, но проницательный.