– Как ты? - спросил друг.
– Хочу поскорее разобраться со всем этим дерьмом.
– У тебя есть подозрения?
– Есть, но пока не вижу мотивов. Что-то я упускаю.
– Мы не видим главного: ради чего все это? При чем тут черное безумие и кража редкого камня?
– К тому же яд аспида из Сейтарской пустыни тоже редкое явление в наших краях, - Виктор задумчиво вертел в руках бокал с вином.
– Думаешь надо сделать запрос клану Ламий? - Данте тоже показалось это странным.
– Нет. Ламии тут не при чем. Это внутриклановая борьба. Они вероятно и не в курсе. Яд к нам привозят для лекарей. И это подотчетный товар.
– Надо провести ревизию в больницах. Вдруг кто интересовался этим редким компонентом. Или где-то обнаружится его недостача.
– Уверен, что обнаружится. Но это потом, - я отмахнулся. - Сейчас я хочу понять зачем украли оникс.
– Мы знаем, что из оникса делают камни телепорта, кристаллы уменьшающие жажду.
– Думаешь в этом дело? В камнях и кристаллах?
– Тогда кому и зачем столько камней? Партия была достаточно большой.
В дверь постучали.
– Молодой господин, юная леди, желает видеть вас, - Пьер показался на пороге. За ним маячила фигурка Эстель. Она показалась мне бледнее обычного.
– Да, пусть проходит, - я быстро убрал под стол бутылку вина и опустевший кубок. Пьер отошел в сторону и Эсти вошла в кабинет. Она не была тут раньше, и потому с любопытством осматривалась. А мне стало как-то неловко и почему-то интересно, как она оценит мой уединенный уголок. Впрочем, лучше бы она оценила спальню. Увидев Данте она тепло улыбнулась ему, а на меня посмотрела как-то холодно. Ревность снова кольнула меня.
– Проходи, садись, - я показал на свое кресло, рядом с Данте. Мне и за столом неплохо сидится.
– Спасибо, - Эсти уже переоделась в ту блузку и юбку, которое ей выдали, когда она только появилась. Еще и волосы так красиво завязала. Какая она красавица у меня. Сейчас так напоминает мне наивную, юную выпускницу пансиона для благородных девиц, но при этом безумно сексуальную.
– Данте, я хотела сказать спасибо тебе. Твои уроки не прошли даром, - она так мило улыбалась ему. А должна так улыбаться мне!
– Я рад, - сухо ответил Данте. Да. Он точно все понял. Не могу представить, что у него на душе.
– Как ты себя чувствуешь? - как же холодно она со мной разговаривает.
– Спасибо, сносно. А ты?
– Как видишь, жив. Благодаря тебе. Спасибо, - я постарался быть лаконичным. Если бы я мог выразить всю свою благодарность, но пока не могу. Боюсь спугнуть тебя, моя этта. Даже звучит странно, но так приятно.
– Я рада. Я тут поговорила кое с кем и подумала вот о чем. - Она решила перейти сразу к делу. Ну конечно “кое с кем”! С матерью ведь разговаривала. – Кровавый оникс редкий минерал, так? Что если кто-то тайно обнаружил не изученные ранее свойства оникса? Что если из него делают черный порошок, который при вдыхании парализует нервную систему вампира и заставляет его впадать в безумие. А тело можно контролировать тем же артефактом на основе оникса?
– В этом что-то есть, - задумался Данте.
– Вы ведь находили черный порошок. И при нападении на нас в доках на складе они использовали черный порошок. Я уверена, что если его аккуратно собрать и изучить, то в нем мы найдем причину вашего безумия.
– Откуда ты знаешь, что причина в нем?
– Я чувствую от него запах такой же, как когда пытаюсь помочь вампирам прийти в себя.
– Это же все меняет! - не надо быть умным, чтобы понять зачем это все делается. Какие же мы все идиоты! Разумеется это искусственно созданное средство манипуляции вампирами. Подрыв власти. Мятеж. Переворот. Осталось найти доказательства, чтобы обличить того, кто все это затеял. У меня есть мысли, и с новой информацией я даже знаю кто. Но не хочу верить в это. И истинная причина ускользает от меня. Нужно больше информации.
– Данте. Надо послать теней. Ты знаешь к кому, - друг понял меня без слов встал и ушел выполнять приказ.
– А тебе надо готовиться к балу завтра. Я очень хочу пойти туда с тобой и представить кое-кому.
– Но мне сказали, что это совершеннолетие вампирши Верданы Браунд, и мне там точно не место.
– Совершенно точно место. Это мне решать. Не оспаривай, пожалуйста, больше мои приказы.
– Кстати, я хотела сделать кое-что, - она поднялась, спокойно подошла ко мне и резко дала мне пощечину.
Пощечина. Острая, жгучая, как раскаленное железо, она оставила на моей щеке не только физический след, но и отпечаток ее ярости. Я видел это в ее глазах – они полыхали, готовые испепелить меня. И я заслужил это. Каждое ее слово, каждый ее жест, каждая эмоция – все это было следствием моих собственных, чудовищных ошибок.