Внезапно, чья-то рука грубо схватила меня за плечо. Я попыталась вырваться, но было поздно. К моему лицу прижали тряпку, пропитанную чем-то едким и удушающим. Воздух перестал поступать в легкие. В глазах потемнело. Я попыталась закричать, но из горла вырвался лишь хрип.
Сознание начало ускользать, унося меня в черную, бездонную пропасть. Последнее, что я увидела, было лицо Селены, полное отчаяния и ярости, и протянутую ко мне руку… А потом – только тьма.
Тьма. Она была не просто отсутствием света, а чем-то осязаемым, обволакивающим, словно густой, холодный туман. Я чувствовала, как тело становится невесомым, а мысли – разрозненными, словно осколки разбитого зеркала. Где я? Что произошло? Образы мелькали перед глазами: безумные глаза дампиров, черный порошок, падающий на Эдвина, сверкающий меч Селены…
Я пыталась ухватиться за что-то реальное, за ниточку воспоминания, но все ускользало. Было ощущение, будто я падаю, но без ощущения движения, без ветра, без звука. Только эта всепоглощающая пустота. Я слышала отдаленные крики, но они казались приглушенными, словно доносились из другого мира. Была ли это Селена? Или это были голоса мятежников, их безумные вопли?
Страх, холодный и липкий, начал проникать в самые глубины моего существа. Я всегда считала себя сильной, но сейчас я была беспомощна, как младенец. Мое тело не слушалось, мой разум отказывался работать. Я была пленницей этой темноты, этой неизвестности.
Вдруг, сквозь пелену забвения, пробился слабый звук. Это был шепот. Тихий, едва различимый, но он был. Я напрягла слух, пытаясь разобрать слова. Казалось, кто-то звал меня. Или это был мой собственный разум, пытающийся вытащить меня из этой бездны?
Я почувствовала легкое прикосновение. Не грубое, как раньше, а осторожное. Что-то мягкое коснулось моей щеки. Это было похоже на шелк, или на лепесток цветка. Я попыталась открыть глаза, но веки были тяжелыми, словно свинцовыми.
Я услышала голос. Тихий, но полный заботы.
– Эстель… Ты слышишь меня?
Это был не голос Селены. Это был другой голос. Голос, который я тоже знала. Голос, который вызывал у меня смешанные чувства. Но сейчас, в этой ситуации, он был единственным маяком в океане страха.
Я попыталась пошевелить пальцами. Они дрожали, но они двигались. Я почувствовала, как мое тело обретает вес, как возвращается ощущение реальности. Я все еще была слаба, но я больше не падала в бездну. Я была здесь. И я была готова бороться.
Глава 13. Всё на своих местах
Замок Ревенделл. Виктор
Я готов был порвать Данте, едва он ступил на балкон и помешал мне, но просто так беспокоить меня друг не будет.
– Я все понял, - судя по глазам Данте был взволнован.
– Тени что-то выяснили?
– Да. Последний кусочек головоломки встал на место. Что ты знаешь о матери Верданы?
– Она была дампиршей, насколько я помню. Погибла еще до ее рождения. К чему ты клонишь?
– Идем, я расскажу, - Данте увел меня с балкона через тайный ход замка в комнату отдыха рядом с залом.
В мире, где тени скрывали древние тайны, а лунный свет освещал вечную борьбу между вампирами и их полукровными потомками, жила Изабелла Браунд. Она была не просто супругой могущественного вампира Ксавье Браунда, но и символом надежды. Их любовь, благословленная самой Лилит, была чиста и сильна, и в ней зрела новая жизнь – их дочь, Вердана. Изабелла верила в мирное сосуществование, в возможность диалога между всеми существами ночи, и активно выступала за это, стремясь примирить вампиров и дампиров.
Но дампиры, вечно терзаемые своей двойственной природой и жаждой власти, не разделяли ее идеалов. Их недовольство росло, как темная туча, и они искали пути к переменам, пути, которые не требовали открытого противостояния, но вели к свержению существующего порядка. Их взгляд упал на Изабеллу – не как на врага, а как на инструмент.
Под покровом ночи, в тщательно спланированном несчастном случае, дампиры напали на экипаж Изабеллы. Это было жестокое и вероломное нападение, целью которого было не просто убийство, а нечто гораздо более зловещее. Они хотели посеять хаос, вызвать волну гнева и протеста, которая сметет нынешнюю власть и откроет дорогу их собственным амбициям. Изабелла, беременная, стала жертвой их коварного плана.
В последний момент, когда смерть уже нависла над ней, произошло чудо. Ее дочь, Вердана, была вовремя извлечена из чрева матери, чудом выжившая в этой бойне.
Когда весть о гибели Изабеллы достигла Ксавье, мир для него рухнул. Любовь, которая питала его существование, была растоптана. Но вместе с горем пришла и ярость. Ярость, которая затмила все остальные чувства. Он знал, кто стоит за этим зверством. И он знал, что мастер клана, тот, кто должен был обеспечивать порядок и безопасность, не справился. Недосмотр, халатность, или, возможно, что-то более темное – это не имело значения. Ксавье Браунд был одержим одной мыслью: месть. Месть мастеру вампиров, который позволил такому случиться, и дампирам, которые посмели отнять у него самое дорогое.