Он полюбовался отравленным клинком.
— Уничтожить меня вы не посмеете: вряд ли среди вас есть маг, — драконид окинул взглядом людей: набравшийся смелости Басиянда тянул своего хозяина за рукав, пытаясь оттащить в безопасное место, а Кёртис и Кехелус замерли неподалеку: король-демон нехотя обронил пару слов, а Кёртис, к удивлению Дарина, согласно кивнул.
— Ну да, нет, иначе бы я чувствовал это. А обычным людям опасно убивать драконида! Значит, я могу вас прикончить, а вы меня — нет! Занятно, не так ли?
Он сделал приглашающий жест лапой с зажатым в ней мечом.
— Ну, давайте же! Заходите в грот! Кстати, сразу хочу предупредить: второго входа нет, так что…
Басиянда посмотрел на драконида, приготовившегося к схватке, на внезапно ставшего очень спокойным короля-демона, и почесал в затылке, оценивая ситуацию.
— Лечшее, что может сделать сейчас отважный раб-воин — это отойти в сторону. Постою, посмотрю… а потом попраславляю победителя!
Он подумал и одобрил свое решение.
— Благоразумно и дальновидно!
И с этими словами Басиянда отступил к кустам, где стояли овражные гномы.
Кехелус, не сводя глаз с драконида, протянул руку.
Кёртис, поколебавшись, вложил в ладонь короля-демона меч, прихваченный с поляны людоедов.
— Отойди, — обронил повелитель Волшебных земель таким тоном, словно разговаривал с нерадивым оруженосцем.
Овражник Дюф решительно нахлобучил мятую шляпу.
— Мы должны быть рядом со своим господином, да! — решительно произнес он. Остальные гномы согласно кивнули. — Помогать ему и защищать!
Дарин сделал попытку удержать «защитников»:
— Как вы ему поможете? Только под ногами путаться будете!
Но овражники уже семенили к месту схватки.
— Чудесное развлечение! — довольно промурлыкал драконид.
Кехелус, держа меч в опущенной руке, взглянул на него, чуть прищурив глаза. Во взгляде короля-демона не было ни страха, ни сомнений: он рассматривал смертельно опасное чудовище, как досадную помеху, стоящую на пути к его могуществу. Помеху серьезную, но вполне устранимую.
Драконид же смотрел на владыку Волшебных земель со злорадством и нетерпением. Он не сомневался в том, что одержит победу: раньше в многочисленных схватках драконид всегда побеждал. Здесь, в Тисовой роше, возле входа в грот, он находился уже довольно долго и безделье мало-помалу начало ему надоедать.
Но наконец-то нашлись первые желающие проникнуть в грот, и драконид твердо решил не торопиться, убивая их, ведь неизвестно, когда такое развлечение выпадет во второй раз! Если бы только ему удалось хотя бы коснуться отравленным оружием кого-нибудь из людей!
— Ну, давай, жалкая тварь, — нетерпеливо проговорил Кехелус. — Покажи, как ты умеешь…
Он не договорил. Прямо перед его глазами свистнуло лезвие. Кехелус отскочил, гномы-овражники бросились врассыпную.
— Жалкая тварь? — прорычал драконид. Он ринулся вперед, цепь натянулась, как струна и зазвенела.
Овражные гномы в одно мгновение оказались возле куста, лишь отважный Дюф, зажмурив глаза, застыл на месте твердо решив во что бы то ни стало, защищать своего короля.
Кёртис ухватил овражника за шиворот и отбросил в сторону.
— Нашему господину неведом страх! — гордо сообщил Дюф, выбравшись из кустов, куда зашвырнул его Кёртис. — Ни страх, ни сомнения!
Дарин и Басиянда наблюдали, как за тем, Кехелус с оскорбительной небрежностью отбил удар драконида и нырнул в сторону, держась сбоку от чудовища.
Драконид щелкнул зубами:
— Посмотрим, долго ли ты продержишься! Сейчас разделаюсь с тобой!
— Не тебе мечтать об этом, летающая ящерица, — отозвался владыка Волшебных земель. — Таких, как ты я убивал сотнями! Вы не умеете сражаться, ваш удел — сидеть на болоте и пугать лягушек!
Драконид с ревом ринулся вперед, но Кехелус успел отскочить, ударив его при этом по боку мечом плашмя.
— Все, что вы можете, это воображать себя драконами! Но голова дракона годится хотя бы для того, чтобы украсить ею мой зал. А ты? Дракониды оскорбляют своим видом мой взор, так, что когда я верну свое могущество, я вас всех…
Дарин покосился на овражника, что топтался рядом с ним, терзая соломенную шляпу.
— Знаешь, Дюф, по-моему вашему господину неведомы не только страх и сомнения. Здравый смысл ему тоже неведом! Он ведь ухитряется доводить до белого каления всех, с кем сталкивается, даже драконида!
Овражный гном задумался.
— Возможно, это часть плана? — беспокойно спросил он. — Наш господин…
Меч драконида вонзился в землю, туда, где мгновением раньше находился Кехелус.
— Посмотри на себя, — продолжал владыка Волшебных земель. Он не делал лишних движений, движения его были точными, а удары, хоть и не причиняли особого вреда дракониду, но приводили того в бешенство — равно, как и насмешливые оскорбления, на которые Кехелус, как выяснилось, был большой мастер.
— С чего ты взял, что похож на дракона? Разве посмел бы кто-то посадить дракона на цепь, так, как это сделали с тобой?
Глаза драконида налились кровью.
— Не рассчитывай на легкую смерть, — свирепо прорычал он. — Дай мне только добраться до тебя, и ты узнаешь, что такое ярость драконида!
— Где тебе добраться до меня, неповоротливая ящерица!
Драконид ринулся вперед, натянувшая цепь отбросила его назад, едва не опрокинув.
— Еще один такой рывок — и ты оторвешь себе голову, — издевательски-спокойно заметил король-демон.
Дарин покосился на Дюфа.
— Часть плана? Какого?
Тот пожал плечами и с размаху нахлобучил шляпу.
— Не верю! — категорически заявил Дарин. — У него только один план и я его хорошо знаю: «Когда я верну свое могущество, я всех уничтожу»!
Овражные гномы под кустом зашушукались и тут же притихли.
Басиянда бочком-бочком пододвинулся к Дарину и потянул его за рукав.
— Хочу спросить, — шепотом проговорил раб. — Похоже, господин демон не боится чудовища?
— Господин демон его не боится, потому что опять бессмертным себя возомнил, — сердито ответил Дарин, сжимая нож и наблюдая за схваткой. — Никак до него не дойдет, что эта тварь его разорвать может! А еще господин демон, похоже, задался целью довести драконида до ручки…
Басиянда покивал с глубокомысленным видом.
— Господин Кехелус в этом занятии весьма преуспел, — заявил раб. — Потому что у господина драконида уже дым из ушей идет от ярости!
Овражники переглянулись и горделиво приосанились. Взобравшись на небольшую кочку, они наблюдали, как их обожаемый господин продолжает оскорблять противника.
— А впрочем, вы, жалкие твари, не особо умны, — говорил Кехелус, легко ускользая от удара. — С головой ли, без головы — никакой разницы! Жалкое племя трусливых летучих мышей! В битве при Черных ущельях вы не способны были даже оказать сопротивление армии грифонам, которые рвали вас на клочки!
Басиянда откашлялся.
— До того, как стать рабом у купца, я служил у очень образованного человека — торговца древними книгами. Многое почерпнул из книг и свитков! Читал, что дракониды в этой битве потерпели полный разгром! Кстати, ты заметил, господин, какой образованный у тебя раб? Большая редкость по нынешним временам!
Овражник Дюф кивнул.
— После этого наш повелитель изгнал их из Волшебных земель! Потому-то дракониды про это сражение и слышать не могут! Да ты, мастер Дарин, можешь сам спросить обо всем у нашего господина!
— Ваш господин немного занят, — сообщил «мастер Дарин» наблюдая, как тот отбивается от обезумевшего от злости чудовища.
Услыхав о битве при Черных ущельях, драконид взревел и ринулся вперед, Кехелус отскочил, но недостаточно быстро: лапа чудовища метнулась вперед, кривые когти распороли рубаху и, точно острые лезвия, скользнули по телу.
Ткань мгновенно намокла от крови. Король-демон с досадой тряхнул головой.
— Проклятое смертное тело!
— Летучая мышь?! — прорычал драконид, быстрее молнии метнувшись к повелителю Волшебных земель. — Жалкое племя?!