- Но ты был готов к такому исходу? Зак улыбнулся и кивнул.
- Наверное, потому, что я уже видел этот прием в исполнении другого ученика.
- Против тебя? - спросил Дзирт, явно, огорченный тем, что кто-то еще додумался до единственного, по его мнению, в своем роде маневра.
- Не совсем, - подмигнул Зак. - Это был мой собственный ответный удар, такой же, как твой, и с тем же результатом.
Лицо юноши снова прояснилось.
- Мы с тобой одинаково мыслим, - сказал он.
- Да, - ответил Зак. - Только мой опыт значительно обогатился за четыреста лет практики, а ты не прожил еще и двадцати лет. Поверь, прилежный мой ученик: прием с перекрещенными клинками - верная защита!
- Возможно, - ответил Дзирт.
Зак едва удержался, чтобы не улыбнуться.
- Когда найдешь лучший ответный удар, испробуем его. А до тех пор - верь моим словам. Не сосчитать, скольких воинов я обучил: всю армию Дома До'Урден и еще в десять раз больше, когда был инструктором в Мили-Магтире. Я учил и Риззена, и всех твоих сестер, и обоих твоих братьев.
- Обоих?
- Я... - Зак замолчал и с любопытством взглянул на Дзирта. - Понимаю, сказал он спустя мгновение. - Они не позаботились рассказать тебе.
Его ли это дело - рассказывать правду? А впрочем, верховную мать Мэлис это едва ли волнует; скорее всего, она ничего не рассказала сыну просто потому, что не считает историю смерти Нальфейна заслуживающей внимания.
- Да, обоих, - все же решил объяснить Зак. - Когда ты родился, у тебя было два брата: Дайнин, которого ты хорошо знаешь, и старший, Нальфейн, довольно сильный маг. Нальфейн погиб в сражении в ту самую ночь, когда ты появился на свет.
- В сражении с дворфами или зловредными гномами? - вскрикнул Дзирт, широко раскрыв глаза, как ребенок, который просит рассказать страшную сказку на сон грядущий. - Он, наверное, защищал город от жестоких завоевателей или от каких-нибудь чудовищ?
Нелегко было Заку смириться с искаженными представлениями, свойственными наивной вере. "Хороним молодых среди лжи", - скорбно подумал он, а вслух сказал:
- Нет.
- Значит, от каких-нибудь еще более злобных противников? От порочных эльфов с поверхности?
- Он пал от руки дрова! - сокрушенно произнес Зак и увидел, как погасли сияющие глаза ученика.
Дзирт резко откинулся на стуле, размышляя, что могло произойти. Заку мучительно было видеть смятение на юном липе.
- Война с каким-то другим городом? - угрюмо спросил Дзирт. - Я и не знал...
"Пусть будет так", - подумал Зак. Он повернулся и медленно пошел в свою комнату. Пусть Мэлис или кто-нибудь из ее приспешников разрушит эту святую невинную веру. А Дзирт с тех пор перестал донимать его вопросами, понимая, что тот разговор, как и тот урок, закончены. И еще он понял, что сейчас открыл для себя нечто очень важное.
***
Долгие часы проводили оружейник и ученик в занятиях. Недели шли за неделями, месяцы - за месяцами. Время не имело никакого значения; они сражались до полного изнеможения, а после короткого отдыха вновь возвращались в учебный зал.
К концу третьего года, в возрасте девятнадцати лет, Дзирт научился часами сдерживать атаки оружейника, причем зачастую даже переходил в нападение.
Заку эти дни доставляли истинное наслаждение. Впервые за много лет он встретил того, кто потенциально был равен ему в военном искусстве. Впервые, насколько Зак мог припомнить, звон оружия в зале сопровождался взрывами веселого смеха.
Он видел, каким высоким и стройным становится Дзирт, как он внимателен, настойчив, умен. Нелегко будет наставникам в Академии загнать его в тупик, даже в первый год.
Мысль эта продолжала занимать оружейника, когда он вспоминал царящие в Академии порядки, жизненные правила дровов, и думал о том, чем все это может обернуться для его незаурядного ученика. Как постепенно будет угасать улыбка в лиловых глазах...
Ярким напоминанием о внешнем мире, окружающем учебный зал, явился визит верховной матери Мэлис.
- Обращайся к ней с должным уважением! - предупредил ученика Зак, когда Майя объявила о прибытии верховной матери.
Сам он предусмотрительно сделал несколько шагов ей навстречу, чтобы лично приветствовать главу Дома До'Урден.
- Приветствую тебя, Мать, - сказал он, склонившись в поклоне. - Чему я обязан такой высокой честью?
Засмеявшись ему в лицо и давая тем самым понята, что читает его мысли.
Мать Мэлис сказала:
- Ты и мой сын так много времени проводите здесь, что я хочу полюбоваться успехами мальчика.
- Он славный воин, - заверил ее Зак.
- Ему предстоит им стать, - пробурчала Мэлис. - В будущем году он поступает в Академию.
Услышав в ее словах намек на недоверие, Зак сощурился и зарычал:
- Никогда еще Академия не видела лучшего фехтовальщика! Отойдя от него, верховная мать подошла к Дзирту:
- Твое умение владеть клинком не вызывает у меня сомнений. - Произнося эти слова, она искоса бросила пытливый взгляд на Зака. - Это у тебя в крови. Но есть и другие качества, которые делают дрова воином, - душевные качества, особая манера поведения.
Дзирт не нашелся, что ответить. За последние три года он видел ее всего несколько раз, причем они ни разу и словом не обмолвились.
Увидев смятение на лице Дзирта, Зак испугался, что мальчик может сделать ошибку, а именно этого ждала Мэлис. Тогда она с полным основанием сможет забрать Дзирта из-под опеки Зака, тем самым опозорив его, и передать сына Дайнину или какому-нибудь другому бессердечному убийце. Разумеется, Заку нет равных в мастерстве владения оружием, но теперь, когда Дзирт уже достаточно овладел этим умением, Мэлис захочет закалить его эмоционально. Зак не мог рисковать: слишком он ценил эти часы, проводимые с юношей. Вынув мечи из украшенных драгоценными камнями ножен, он помахал ими перед Матерью Мэлис и закричал, обращаясь к Дзирту:
- Покажи ей, юный воин, на что ты способен! Глаза Дзирта загорелись при виде разъяренного учителя. Его сабли оказались у него в руках так быстро, словно он велел им появиться там.
Славная это была схватка! Зак наступал с яростью, какой Дзирт еще не видел в своем учителе. Мечи скрестились с саблями, полетели искры, и Дзирт обнаружил, что пятится назад, а руки его уже ноют от нестерпимой тяжести ударов.