Социального монстра не так просто победить! Сейчас это невозможно. Он крепко стоит на ногах. Всё, что имеет смысл: дать человеку надежду, продемонстрировать другое отношение к происходящему, открыть скрытые ресурсы, которые поведут к свету, даруют силы.
Этот мир нуждается в голосах, которые будут подталкивать людей к ответственности, осознанности и счастью. Я несколько раз перечитала твой дневник. На его страницах опыт, изложенный хорошим литературным языком. Перестань противиться творчеству, полюби его, ведь оно делает тебя счастливой. Пиши, моя подруга! Пиши! Твой голос и искренность будут услышаны. Одним человеком или тысячами – не существенно. Те, кто хотят слышать – услышат!
Возможно, ты заспоришь со мной о художественной ценности твоего дневника. Это произойдёт лишь потому, что ты давно его не читала. Я готова его вернуть. Я должна это сделать, ведь это твоя собственность. Карточка, ключ и документы – это всё от ячейки в банке.
Люблю тебя.
P.S. В дневнике я оставила возможность. Воспользуйся этой дверью».
32
Карточка скользнула по магнитной полосе, прозвучал одобрительный звук, дверь открылась. Впереди было окошко. Протянула документы. Минутная проверка, и сотрудник банка пригласил пройти за ним. Коридоры, тяжёлые двери. И вот мы у цели! Комната с множеством ячеек.
Служащий указал на одну из них и заметил:
– Девяносто первая, вот она!
Ловко прокрутил ключ, а дальше проговорил стандартную фразу:
– Откроете ячейку своим ключом. Когда закончите, нажмите на кнопку в стене, – он указал на зелёную панель у входа.
В моих руках был ключ, много месяцев пролежавший в конверте № 8. Он ждал своего часа. Сегодня его день. Холодный метал заскрежетал, обороты давались туго. До упора, дальше крутить некуда. Потянула и вытащила стальной ящик. Внутри – горечь моего прошлого, боль и страдания, голоса, что шептались и доводили до безумия. Я резко дёрнула крышку. Мой дневник смотрел на меня. Я спрятала его в рюкзак и нажала на кнопку. Такое ощущение, что сотрудник банка был за дверью. Он тут же обратил внимание, что ячейку я оставила на столе.
– Вы больше ничего не будете хранить.
– Да.
– Нужно будет оформить документы, сдать карточку и ключ, – объяснил он.
– Да, конечно.
Через двадцать минут я была свободна. Выбежала на улицу. Первый декабрьский снег устилал брусчатую дорогу. Фонари уже зажгли, и в их свете крупные, неповоротливые хлопья напоминали сказочных существ. Я зашла в безлюдное кафе, несколько чашек горячего чая должны меня согреть и позволить скоротать время за размышлениями. Запах мелиссы и ромашки щекотал нос, а пальцы пролистывали страницу за страницей. Вначале я не читала, боялась столкнуться с призраками прошлого, потерять контроль, погрузиться в хаос. Всё, что я делала – судорожно пробегала глазами по исписанным страницам. Так продолжалось недолго – сколько не бегай, а встретиться придётся. Сердце гулко стучало, кровь ударила в лицо, руки вспотели. Я начала читать, я возвратилась к тем переживаниям, к тому периоду, когда хотела себя убить. Это мой опыт, это моя жизнь. И в этом нет ничего ужасного и постыдного. Я рада, что всё было именно так, а не иначе. Благодаря этому я стала именно тем человеком, которым должна быть, а не казаться.
Чай давно остыл, он остался невостребованным. Несколько раз я поднесла его ко рту, чтобы смочить пересохшие губы. Дневник увлекал, впереди была финальная запись.
«Разбежаться, оттолкнуться
Прямо в небеса
Нам с тобою не проснуться
Больше никогда.
Разбежаться и взлететь
Прямо к облакам
Нам не страшно умереть
Нам не больно там».
И вот оно, как я думала, моё последнее стихотворение.
Строчка за строчкой всплывали в голове. Пальцы судорожно искали карандаш или ручку, я всегда их ношу с собой. Когда мысли приходят, их нельзя упускать. Я шарила по дну сумки, мои руки натыкались на всякий хлам, но только не на то, что надо. И вот моё спасение: официант прошёл мимо с блокнотом и карандашом. Я остановила его:
– Послушайте, можно карандаш?
Он растерянно улыбнулся.
– Э-э-э, да, конечно! – он отдаёт его мне, а из кармана извлекает ещё один. – У меня их много!
Это чертовски мило, мои глаза увлажняются. Он мигом протягивает салфетку со словами:
– Не плачьте! Пусть этот день будет хорошим!
Я чувствую, как улыбка появляется на губах.
Писалось легко, слово цеплялось за слово. Строчки выводились на бумаге. Прошло полчаса, и я прочитала:
«Разбежаться, оттолкнуться
Прямо в небеса
Нам с тобою не проснуться