Прямо сейчас я не убью себя. Я верна своим принципам, моё сердце перестанет биться в конце февраля. Я ищу способ. Он должен быть верным, он должен избавить от боли…
27
Осталось найти верный способ умереть. Если в ближайшее время не определюсь, то поеду в лютые холода искать Дедушку Мороза.
– Тепло ли тебе, девица? Тепло ли тебе, красная? – спросит, как в сказке, суровый трескучий мороз.
Я не буду отвечать на вопросы, а попрошу:
– Укрой меня снежком пушистым…
Этот вариант идеален; пока меня найдут, успеют прочесть дневник. Значит, будут знать о кремации и смертном наряде. Догадаются, где меня искать. Ради этого способа я готова пренебречь датами.
Только хватило бы сил! В последнее время я чувствую себя отвратительно. Такое ощущение, что нутро гниёт. Меня постоянно преследует неприятный запах. В принципе, немудрено, я ем всякую дрянь, лишь бы забить бездонную дыру, разверзшуюся внутри меня. Заедаю стресс и неудовлетворенность жизнью. За последний месяц весы показали прибавку. По вкусу пища напоминает картон, кусаешь на автомате и проглатываешь. Она проваливается в пустоту. Чувства сытости никогда нет, только голод. Вся моя зарплата уходит на продукты.
Раздражительность, злоба и недовольство притупляются, если утро начать с мяса. Ближе к обеду начинается поток сладкого, и чем больше, тем лучше. Частые, маленькие дозы пищи позволяют встретить вечер в ворчливом, а не депрессивном состоянии.
В периоды, когда деньги заканчиваются, я ощущаю сильную подавленность. Самое гадкое в такое время – это осознание, что удовольствие получаешь от возможности КУПИТЬ, и не важно, что! К примеру, еды. В моем доме всегда найдутся покрывшиеся плесенью подгнившие продукты. Для меня не столько важно съесть, для меня важно – приобрести! Забавно, когда холодильник забит под завязку, там никогда не будет тех продуктов, что мне хочется. И это означает, их нужно КУПИТЬ – почувствовать, что я могу хоть что-то контролировать в своей жизни.
По сути, я работаю на еду, зачем это продолжать. Да, можно поменять работу и получать больше… И прекратить бедствовать, но за столько лет рабского существования, говоря научными терминами у меня сформировалась выученная беспомощность. Я не вижу дальше своего носа, я не верю в свои возможности и способности, я превратилась в тряпку, о которую можно вытирать ноги. Меня безмерно злит, что я все понимаю, но ничего не могу поделать. Я ненавижу себя за это существование! Я ничтожество! О чем можно говорить, если даже мысли, я не могу контролировать, они дробят мой мозг на мелкие куски, заставляя лезть в петлю.
Всё мое существование – это способ убить себя. Моё тело уже готово. Больной желудок – это запах от язвы или гастрита. За последний месяц я располнела, появились высыпания, клочьями полезли волосы, очень сильно болит спина. Тело разваливается.
28
Сейчас заглянула в сумочку, где на дне лежат избавители: холодные, с острыми краями. Приобретая их, вела себя, как ребёнок: оправдывалась, объясняла продавцу, что занимаюсь рукоделием. Зачем? Ведь всем наплевать. Все заняты только собой. Можно говорить загадками и делать двусмысленные намёки, только никто не спасет. Никто не придёт, никто не скажет: «Вот, возьми! Я нашёл, зачем тебе жить!». Люди предпочитают делать вид, что не понимают. Кому нужны проблемы, тем более, чужие? Когда всё произойдёт, и меня не станет, покачают головой и скажут: «Она всегда была такой печальной и с удовольствием говорила о смерти». Возможно, и так: «Молодая и красивая! Чего ей не жилось?». А что скажет мой отец? Ничего не скажет! Подумаешь, была и не стало.
Купила клизму. Не хочу плавать в дерьме. Мне стыдно перед работниками морга. Конечно, они видели и не такое, однако надо подготовиться! Мозгами понимаю, насколько всё абсурдно. Сердце перестанет биться, и цветная картинка сменится черным экраном. Мне будет плевать, как я выгляжу, и что происходит.
29
Чем меньше дней, до намеченной даты, тем больше волнения. Моя соседка может помешать. Вернутся не вовремя, как тогда, когда я пыталась отправиться в мир иной с помощью отравления. Алеся, моя любимая Алеся, пожалуй, ты главная загвоздка. Пропадаешь на недели, а потом неожиданно возвращаешься.
– У меня к тебе просьба. Не откажешь? – Алеся входит в комнату.