Очнулся он, всё там же, только обстановка вокруг сменилась. Не было уже тех ярких тонов как раньше. Всё было серым и ветхим, как будто поезду исполнилось лет сто, с момента его запуска. Окна были закрыты ржавыми железными пластинами. Кресло, на котором он сидел, пахло затхлостью, паутина обволакивала спинку и тянулась к стене, складывалось ощущение, что оно вот-вот развалится под его тяжестью. Единственным ярким предметом в этой комнате, оставался его амулет, который не светился и не вибрировал больше, да лампа на стене.
— Куда я попал на этот раз? -спросил он вслух.
И продолжил мысленно: «Нужно поскорее выяснить это». Вильям встал с кресла, разогнал рукой поднявшуюся пыль и дёрнул ручку двери. Прозвучал пронзительный скрип и его встретила непроглядная тьма коридора. Нужен был источник света. Он снял лампу с крючка, шагнул вперёд и направился к себе в купе, в надежде встретить хоть кого-то из пассажиров. Но его ждало разочарование, мало того, что здесь было пусто, так ещё и его вещи пропали. Следующим пунктом маршрута, Паркер выбрал вагон ресторан, там большие окна, может свозь них будет видно где он находятся. Все двери, в купе, на его пути были распахнуты настежь, фонарь освещал помещение за помещением. Они были как под «копирку»: окна, заколоченные ржавым железным листом, кровати состояли только из основания и пружин, никакого постельного белья, и конечно же затхлый запах, паутина и море пыли. Одно помещение всё-таки имело отличие, а именно дырку в потолке сквозь которую просачивалась дождевая вода. Она стекала на пол, образовывая лужу и исчезала где-то внизу. Вильям поднёс руку под струю и ощутил влагу. «Не очень похоже на сон» -пришёл к заключению он. Страх понемногу овладевал им. Ему не хотелось больше изучать каждую комнату. Его цель была так близка и нужно было двигаться к ней. Но там, впереди, остатки его надежды рухнули окончательно. Вагон ресторан потерял былое величие и красоту. Окна, на которые так уповал Паркер, больше не могли похвастаться своим величественным обзором. Зелёная плесень заволокла их полностью, причем со стороны улицы и сколько бы он не тёр их, так и не привело к желаемому результату. По всему помещению царил хаос, столы, сломаны пополам, стулья, перевёрнуты вверх дном, деревянные щепки лежали везде. За барной стойкой стояли пустые бутылки вина, покрытые пылью. Этикетки на них когда-то давно отсырели и сползли вниз. Вильяму хотелось закричать от безысходности, будь он на берегу моря, ему бы было куда идти, а здесь его заперли в «железной» тюрьме. Двери наружу не открыть, окна бесполезны, ни единой живой души, чтобы попросить помощи. В полном отчаяние, молодой человек опустился на пол и закрыл руками лицо. «Может мне вот так просидеть, пока всё не закончится, если это сон» -ещё чуть-чуть и слёзы полились бы из его глаз. Но этого не случилось, так как где-то в конце состава раздался грохот, а за ним громкие шаги. Вильям вскочил и побежал, спотыкаясь об обломки мебели, туда откуда доносился звук. Перед самой дверью Паркер остановился и прислушался, шаги стали ближе. Только он занёс руку чтобы нажать на ручку двери, как его остановил пронзительный скрежет метала и громкий удар, за ним точно такой же, но ближе. Кто-то или что-то, по пути, закрывало каждую дверь в купе. Он мгновенно одёрнул руку и замер, чтобы не выдать себя, а грохот всё приближался. Постояв ещё с пол минуты, Вильям не стал дожидаться «незваного» гостя и метнулся в противоположную сторону, налетев при этом со всей скорости на остатки стола, тем самым обозначив своё присутствие. Это было понятно по тому с какой скоростью начало двигаться «неизвестное создание». Не теряя ни секунды, Паркер схватил фонарь и устремился вперед, ударился в дверь и дрожащими руками стал искать ручку. Нащупав её, он открыл дверь, на такое расстояние, чтобы он мог протиснуться внутрь, не создавая лишнего шума. В соседнем вагоне было холодно, пар валил из его рта, ветер подхватывал белое облачко и уносил за спину. Он принял решение бежать к началу поезда, «кто-то» же должен им управлять и поддерживать огонь в топке. Этот «кто-то» и нужен был ему. «Тот», кто преследовал его, по всей видимости сбавил ход, скорее всего ему не очень по нраву было пробираться через груду мусора и остатков мебели. Вильям воспользовался его замешательством и продолжил бег. Теперь он понял откуда холод и ветер здесь, одна из дверей, ведущих наружу отсутствовала, но увидеть что-либо не представляло возможным, всё вокруг заполонил плотный туман. Дёрнув ручку второй двери, он испытал дикий ужас, она заела и никак не поддавалась. Вильям со всей силы навалился на нее, рука заныла от давления на металл, но результата не принесла, он в западне. Сообразив, что ему скоро придёт конец, картограф решил перейти из вагона в вагон снаружи, благо кто-то предусмотрительно избавился от двери. Аккуратно подступив к проёму, он схватился одной рукой за поручень и выглянул наружу, сильный ветер сорвал его шляпу и унёс куда-то в небытие. Он прищурился и стал осматривать поверхность вагона снаружи и заметил железные перила на крыше. Паркер вернулся обратно и стал готовиться к манёвру. Лампу, он повесил на пуговицу пальто и застегнул его, она держалась крепко, не хватало ему ещё в процессе лишиться света. Поднял воротник пальто, чтобы хоть как-то защититься от холодного ветра и снова повис на поручне. До верхних перил было сравнительно не высоко, ловким прыжком, он, свободной рукой зацепился за них, а потом и вовсе повис на обеих руках. В таком положении, картограф начал движение вперёд, переставляя то одну руку то вторую. Когда он добрался до края вагона, предстояло самое сложное, перебраться на соседний, который находился на расстоянии вытянутой руки. Его руки к этому моменту уже успели окоченеть, повиснув на одной, другую он сжал в кулак и поднёс к губам. Пару выдохов и горячий воздух сделал своё, можно продолжать. Вильям раскачался из стороны в сторону и зацепился за следующие перила, а затем перенёс всё тело туда. Повиснув в таком положение, он обеими ногами навалился на дверь и стал толкать её во внутрь. Паника овладели им, дверь была заперта! «Мне нужно как-то попасть внутрь или я скоро сорвусь и упаду», -судорожно размышлял он, — «Окно, мне нужно разбить окно». Молодой человек ещё немного прополз вперёд и со всей силы ударил ногой по стеклу. То в ответ только треснуло. Повторять он не стал, слишком много сил отнимает. Поэтому в ход пошёл фонарь, Вильям снял его с пуговицы, повис на одной руке и ударил им, по образовавшейся трещине. Прозвучал хруст и стекло раскололось на сотни осколков, которые разлетелись в разные стороны. Вместе с ними внутрь упал и фонарь. Ликуя от радости, Картограф опёрся обеими ногами о край окна, потом сел на него и ввалился в помещение, упав при этом на пол. Он сразу же сел, отыскал фонарь, поднял его и стал греть руки, благо масло не успело вытечь из него. «Долго засиживаться нельзя», -Вильям встал, отряхнул осколки и вышел в коридор. Он чувствовал себе намного безопаснее, он был уверен, что монстр не сможет пройти дальше. По крайней мере снести такую дверь не каждому под силу, а пока тот будет перебираться по его стопам, ему удастся значительно оторваться от погони. До головного поезда оставалось три вагона, Паркер их посчитал, когда рисковал своей жизнью снаружи. Поезд, каким-то странным образом, сократился в своём размере, недостающие вагоны просто исчезли. Двигаясь дальше, он останавливался в начале каждого вагона, замирал и прислушивался, не преследуют ли его. Убедившись, что никто не гонится за ним, продолжал путь. В конце концов, он попал в кабину машиниста и стал её единственным гостем. «Никто» поездом не управлял, да и странно было, почему состав движется, потому что все приборы заржавели, как и сама панель машиниста. Вильям пригляделся, они ничего не показывали, стрелки застыли на нулевой отметке. Напоследок, осталось проверить только топку, «кто-то» же должен был кидать уголь, по-другому поезд не мог двигаться. Внизу было тихо и пусто, никакого огня, только пыль кругом. Паркер поднял фонарь повыше, чтобы осветить всё помещение, и только сейчас заметил картину, висящую на самой печи. Она, на удивление, не была ветхой и выцветшей, наоборот пестрила красками. Подойдя ближе и осмотрев её, он понял, что там нарисован тот самый маяк из его сна, который так же отсвечивал фонарём на злополучный город. Свет горел так ярко, как будто он был «живым», а не нарисованным. У картографа появилось непреодолимое желание дотронуться до него, ощутить его своей ладонью. Он поднял руку и направил её на картину и коснулся луча. Холст начал светиться ярким светом, Вильям зажмурился, а когда открыл глаза, то уже стоял на берегу у воды и смотрел на уже знакомый ему маяк. Как действовать в этот раз, он уже знал. Нужно найти лодку и поплыть на маяк, в город идти нет смысла. Неподалёку как раз стоял лодочный сарай, оглядев берег и не найдя ни одной, Паркер направился к нему. Протоптанная тропинка тянулась от ветхого зда