Я почувствовала, что мои щёки ярко покраснели.
— Это не я.
— Но потом один из твоих любовников предал тебя вместе с твоей кузиной, — продолжал Гвидион. — Чьей красоте ты всегда завидовала. В пьяной ярости твои эмоции взяли верх. Ты потопила город, — он пожал плечами. — На самом деле это могло случиться с любым, кто обладал такой силой. Однажды я проклял целую деревню, чтобы люди танцевали до смерти, потому что мой парень сбежал со своим портным. На мой взгляд, это вполне объяснимо. Но нет причин лгать об этом. Признай это.
— Что? Притормози, — я уставилась на него. — У меня почти не было любовников, не говоря уж о множестве любовников в масках, — за долгие годы у меня было ровно два партнёра. Один — сын виконта, соблазнивший меня в яблоневой роще на целых четыре минуты, а другой — человек из Лондона, любивший наблюдать за игрой в дартс. И тот, и другой быстро забылись.
— Я не умею ладить с мужчинами и никогда не умела, — сказала я. — Я не завидую красоте других женщин. И я определённо не топила королевство из-за ревности. Эту историю вам случайно не мужчина рассказал? Это похоже на мужскую историю. Девушка, которая была настооолько распутной, что разрушила весь мир, — я медленно вдохнула через нос. — И всё это возвращает меня к моему предыдущему утверждению. Я не умею ладить с мужчинами.
Лир уставился на меня с крайним любопытством. Я чувствовала себя бабочкой, пришпиленной его взглядом. Неужели он поверил во всю эту историю с завязанными глазами и удушением?
— Я ещё не закончил рассказ, — вмешался Гвидион. — Мы не дошли до самого интересного. После того, как ты потопила Ис, один из рыцарей твоего королевства попытался спасти тебя на своём коне. Но боги воззвали: «брось в море демоницу, которую ты несёшь, если не хочешь погибнуть». Именно тогда боги забрали у тебя твою силу. Ты цеплялась за тело рыцаря, обещая ему всевозможные грязные сексуальные услуги, если он только отнесёт тебя на берег.
У меня отвисла челюсть. «Грязные сексуальные услуги?»
— Всё было не так.
— Он всё равно сбросил тебя с коня, — продолжал Мидир, — и тебя вышвырнуло на берег в разорванном морем платье, и ты осталась проживать свои дни, как кровожадная проститутка.
— Честно говоря, всё это очень интересно, — сказал Гвидион. — По правде говоря, это, наверное, моя любимая история.
Мою кожу залило жаром.
— Вы думаете, мне нужен был мужчина, чтобы спастись от утопления? Я могу проплыть сотни миль. Я моргена, и никто не крал эту силу. Эта история рассказана случайно не тем рыцарем, который утверждает, что я обещала ему грязные сексуальные услуги?
— Да, — сказал Гвидион. — Ну, то есть, он же там был.
— А вам не приходило в голову, что, может быть, это и есть то глупое дерьмо, которое мужчины выдумывают, чтобы произвести впечатление друг на друга?
На мгновение в зале воцарилась тишина, и Лир почесал подбородок.
— Эта часть с плаванием всегда ставила меня в тупик.
Мидир облизнул губы.
— Но ты продавала своё тело, чтобы выжить? Должно быть, так и было. А что тебе ещё делать? Сломанной принцессе без каких-либо навыков.
В основном я воровала всякое. Но я не собиралась поднимать этот вопрос сейчас, когда он мог перерезать мне горло.
— Так что ты почувствовала, когда боги украли твою силу? — спросил Гвидион.
Это были не боги. Это фейри украл мою силу.
Фейри, который горел как звезда. Тот, чьего имени я не знала, поэтому я называла его Безымянным.
Тёмные тени прорезали воздух вокруг Лира.
— Я был единственным, кто верил, что эти истории — неправда. Я верил, что, будучи дочерью королевы Малгвен, ты остаёшься нашей истинной правительницей. Я не верил, что ты разрушила бы своё собственное королевство. Но, в конце концов, когда я увидел тебя настоящую, даже мне пришлось признать, что это правда.
Я смотрела в окно, где тёмное море разбивалось о скалистый берег. Прямо сейчас, я хотела прыгнуть в него. Обелить моё имя казалось невозможным.
Так всегда бывает с мужчинами, как предупреждала меня моя мать — сама королева Малгвен. Неважно, кто ты на самом деле. Они напишут о тебе свои собственные истории. Они назначат тебе одну из нескольких ролей. Невинная девочка, которая нуждается в обучении. Сумасшедшая, которую нужно успокоить. Шлюха, которая разобьёт тебе сердце. Или в моём случае — демоническая проститутка, подпитываемая яростью и ревностью. Падшая женщина. Такова моя история, и неважно, была она правдой или нет. Как сказал Гвидион — разве это не хорошая история?
Но почему меня должно волновать, что они подумают? Я знала правду. Джина знала правду.