Земля сразу же оказалась под моей спиной, и я снова очутилась в Акко, окружённая одержимыми рыцарями.
Глава 25
Я лежала на каменистой земле, и Мидир приставил острие меча к моей шее. Утреннее солнце врывалось в холл, освещая его рыжие волосы.
Похоже, одержимые сенешали сообразили, как обратить заклинание на ключе.
Мидир уставился в пол.
— Этот чёртов портал закрылся? — спросил он своим певучим голосом. — У нас нет Лира. Он был самым важным из них. Почему ты схватил её первой? Это чёртова катастрофа.
— Она была прямо там, — Гвидион подошёл к нему сзади. — Просто открой его ещё раз.
— Мне потребовался целый час, чтобы открыть его, и всё это время меня рвало. Мы не обратили заклинание на нём должным образом. Я чувствую, что тело моего хозяина может развалиться на части, — теперь фуат-Мидир скулил.
Он выглядел больным — глаза налиты кровью, кожа пожелтела. Его щёки казались впалыми.
— Я не говорю на диалекте Ис, а это необходимо, чтобы правильно обратить заклинание, — он прикрыл рот рукой, как будто его вот-вот стошнит.
Мировой Ключ сверкнул у него на шее. Глубокие, гулкие голоса эхом отражались от каменных стен.
— Где Лир? — похоже, все задавали один и тот же вопрос одновременно.
— Нам нужно снова открыть портал! — закричал одержимый Гвидион. Он вытащил пистолет и направил его на меня, затем широко улыбнулся. — Скажи нам, как его открыть.
— Понятия не имею, — ответила я. — На кого вы работаете? Кто ищет Нова Ис?
Гвидион держал пистолет направленным на меня.
— Учитывая все обстоятельства, малышка, я не думаю, что ты в состоянии допрашивать меня.
Справедливо.
Рядом с Гвидионом Мидир читал заклинание, чтобы открыть портал. Но фуат, овладевший им, не мог правильно произносить слова. Заклинание было на языке Ис, и он путал слова. Я прислушалась, пытаясь вспомнить слова заклинания. Если я собираюсь уйти от них, мне нужно каким-то образом получить ключ от Мидира и открыть портал самой.
— Мне нужно убедиться, что ты не сможешь сбежать, — продолжал Гвидион. — Ты и раньше нападала на нас с помощью магии.
«Ой-ой».
Мне нужно думать быстрее. У меня имелось несколько заклинаний наготове…
Пуля вонзилась мне в плечо так остро и сильно, что я даже не услышала собственного крика. Я чувствовала только головокружительную боль, распространяющуюся по всему телу. Судя по тому, как боль пульсировала в моих венах, я была уверена, что это железо.
Боги, неужели Лир чувствовал то же самое, когда я выстрелила в него?
Когда туман агонии немного рассеялся, я посмотрела на Гвидиона.
— Расскажи нам, как добраться до Нова Ис, — сказал он. — Ты же наследница. Ты должна знать, как его найти.
— Честно говоря, понятия не имею.
— Ты знаешь, — Мидир одарил меня ослепительной улыбкой. — Как только ты начнёшь произносить одно из своих атакующих заклинаний, я выстрелю в другую часть твоего тела. И ты должна знать, что я постепенно начинаю учиться на некоторых воспоминаниях моего хозяина. А мой хозяин, как оказалось, очень искусен в пытках. Сначала я думаю, что он отрезал бы тебе соски. Затем он медленно вырезал бы остальную часть твоей груди…
Я отключилась от жуткого перечисления всех частей меня, которые фуат хотел отрезать. Они собирались пытать меня, чтобы я дала им информацию, которой у меня просто не было.
Если бы у меня всё ещё имелась моя истинная сила, все в крепости утонули бы. Отсюда я слышала шум океана, шум волн, бьющихся о скалы. Я чувствовала вкус соли на губах. Море звало меня, и мне хотелось обрушить его на крепость подобно цунами.
Жгучая боль в боку вернула моё внимание к комнате. Гвидион порезал меня, и с его меча капала кровь.
— Я чувствовал, что мы теряем твоё внимание.
— Так расскажи нам, — Мидир навёл пистолет мне на коленную чашечку. — Как нам туда попасть?
Боль казалась такой ослепительной, что я не была уверена, смогу ли составить предложение. Моё тело сделалось неприятно горячим, а на лбу выступили капельки пота.
— Я не знаю, — выдавила я.
Когда-то я бы их всех утопила.
А теперь? Я могла бы сделать туман. Я разразилась диким, истерическим смехом, от которого слёзы потекли по щекам, но тут же пожалела об этом, потому что мне показалось, что мой бок раскололся в том месте, где они меня порезали.
— Я не знаю, — повторила я, на этот раз сквозь настоящие слёзы.
«Перестань плакать, идиотка».
— Ну что ж, — сказал Мидир. — Какой от тебя прок? Нам придётся разрезать тебя на маленькие кусочки принцессы.