А преступник улыбался, демонстрируя ровные крупные зубы с зеленоватым отливом. Краска практически сошла с его волос и сохранилась лишь на концах. Глаза всё такие же водянистые. Под ними залегли тёмные круги, порождая ещё больший контраст.
Жизнь в Хаосе заметно исправила правильность черт его лица. Например, из-за крупного шрама на линии рта и подбородке, улыбка слегка перекашивалась, да и нос не мог похвастаться прямотой, будто бы его поломали за это время минимум десятки раз.
Зато трость. Она точно была та же. Бледно-зелёная, под стать глазам, с резными волнами на набалдашнике, медленно переходящими на ствол.
― Я скоро вернусь. Надеюсь, к этому моменту ты присоединишься к своей спутнице за обеденным столом.
Тамир поковылял в сторону двери. Проводив его слепнущим взглядом, Зак так тихо, как только мог, спросил:
― Он ведь преступник, не так ли?
Ему не ответили. Закария поднялся, размял затёкшие мышцы и направился на «кухню». Каролина сидела на ящике и смотрела на содержимое стоящей перед ней тарелки, словно то было ещё живо. Вообще, Зак понял, что с трудом различает выражения на её лице. Брови вечно нахмурены, губы сжаты и взгляд такой, будто, если ты задашь вопрос, тебя скорее покромсают на рагу, нежели ответят на него. Возможно, он додумывал это сам, потому что едва различал черты её лица.
― Как самочувствие? ― осторожно спросил Зак.
Он заглянул в кувшин с какой-то фиолетовой жидкостью. Понюхал её и отстранился. На то, что Тамир звал «едой» Зак смотрел так же, как и Каролина. Она внезапно отмерла и заговорила едва ли не сквозь зубы:
― Так, будто бы меня казнили.
― Вполне возможно, что так оно и было.
― Что?
Заку хотелось передразнить её «что?», но он счёл подобный поступок не слишком благоразумным и вместо этого поинтересовался:
― Тебе что-нибудь снилось?
― Например? ― Каролина обмакнула сероватую губку в красную массу в своей тарелке и с трудом проглотила.
Поморщилась и окончательно потеряла к еде интерес. Теперь она пристально рассматривала Зака, и его подобное развитие событий смутило.
― Например, что-то из прошлого?
Качнула головой.
― Может, ты вспомнила своё имя?
Снова ответ отрицательный. Ещё и глаз своих янтарных не сводит.
― Или…
― Послушай, мальчик, ты начинаешь мне надоедать, ― выражение её лица не меняется, только брови слегка опускаются. Точно, брови он определенно различал на смуглом лице.
Она вдруг засучила рукав рубашки, ― которую ей, видимо, отдал Тамир, ― и принялась неистово чесать правую руку. Зак вспомнил, что ему говорила Хаос по поводу тёмных линий, которые так тщательно пыталась заскрести до смерти эта девица.
«Не глазей так на неё, ― совсем не к месту наполнил мысли Зака голос хранительницы. ― Вам стоит подружиться и держаться вместе в этом жестоком мире. Хотя, я бы к ней не прикасалась, тёмные следы всё ещё выглядят жутко смертельно. Да и корочка уже начала образовываться. Мерзость».
― Ты так и не ответила. ― Зак пытался спрятать слова за кашель, но, кажется, Каролина услышала его.
― Ты так и не спросил.
«Будет грустно, если ты не успеешь, и эта милая девочка умрёт. И, да, в Хаос не преступники не попадают».
― Что с твоей рукой? ― Зак пытался отвлечься от подозрений, рождающихся в тот миг в его голове. Поэтому он спросил у Каролины хоть что-нибудь, чтобы не показаться сумасшедшим.
Не объяснишь же ей, что с ним говорит невидимое существо, которое якобы является хранителем этого мира. Мира, в котором оказываются только преступники. И он, Зак, в том числе.
― Послушай, я знаю не больше твоего, ― кажется, кое-кто серьёзно раздражался.
Разговор становился неудобным. Точнее, он был таковым изначально и лишь накалялся с каждой минутой. Каким-то невероятным способом Закария знал гораздо больше, чем, он готов был поспорить, его спутница и Тамир вместе.
Ему необходимо хорошенько всё обдумать вдали ото всех, и, в то же время, нужно торопиться. Всё ещё опасаясь показаться смешным, Зак наклонился к Каролине и понизил голос:
― Нам стоит держаться вместе, если хотим во всём разобраться. Правда, я был бы поосторожнее с тем, благодаря кому мы оказались в этом доме. Думаю, он опасен.
― Послушай, не так давно ты всеми силами выступал против того, чтобы действовать заодно, а теперь…
― Многое изменилось. Я могу быть полезен тебе. Ты ― мне. А этот старик выглядит слишком добрым для этих кровожадных мест. Пока ты была в отключке, знаешь, сколько всего я видел? Как минимум огромную пустыню со странными тварями, лягушку, вызвавшую метель и самовозгорающийся лес. Да тут любой камень может попытаться нас освежевать. Неужели тебе не кажется странным, что кто-то сумел выжить в этом безумном мире?