— Я найду его, Влад! — прохрипел граф. — Я лично душу из него вытащу!
— Создатель, неужели землю может топтать такая мерзость? — вздохнула Рыжик.
— Конечно, я слегка сгустил краски, — признался я, — но суть гнили от этого не меняется. Он не повязан с чернотой, для этого он слишком умен и осторожен, и наверняка считает себя верным сыном Создателя. Так я думал до тех пор, пока не узнал о возвращении «Валии» во дворец. Это вносит свои корректировки. При длительном отсутствии княжна теряет все права на престол. Кто знает, чем ее напичкали маги и алхимики враждебного государства, магические ордены или темные ложи? Возвращение «княжны» меняет весь расклад, и я пока не знаю как. То, о чем я вам сейчас сказал, не предназначено для публикации в «Княжеском вестнике», надеюсь, это понятно?
— Влад, вы меня обижаете, — усмехнулся пришедший в себя граф, — о второй Валии в княжестве будем знать только я и моя дочь. А почему вы доверяете нам? Вдруг это я или она, или мы оба стоим за похищением княжны?
— А я и не доверял вам до недавнего времени. Я отслеживал вашу реакцию на мои слова по рукам, лицу, движениям глаз, сердцебиению и еще нескольким параметрам абсолютно немагическим путем. Моим учителем был Черный дракон, и если мне что-то показалось бы подозрительным, я бы принял меры. Поверьте, я умею допрашивать.
— Мерзавец! — Рыжик запустила в меня маленькую подушку. — Каким ты был…
— …таким я и остался, — перебил я рыжую фурию. — А теперь я откланяюсь. У меня дела.
— Сейчас же полночь! — Фурия моментально вновь стала девушкой.
— Дела, Рыжик, дела. Граф, выпишите мне разрешение на выезд из города. Я заночую у портала Алых, чтобы с первыми лучами Хиона перейти в нужное мне место: руку мне нужно срочно подлечить. Я не хочу терять даже пары часов на дорогу, а я это сделаю, если останусь у вас до утра. Не забудьте, граф, у этой мерзкой личности наверняка были сообщники, среди гвардейцев и придворных в том числе. Да и за героем-драконобойцем стоит издали присмотреть. Благодарю за пропуск.
А также я не хочу ночевать с Рыжиком под одной крышей. Я знаю, чем это может закончиться. Или она меня изнасилует от великой благодарности и всего остального, или обидится за мой отказ от ее прелестей. Останемся друзьями.
— Привет, Фарин, — я поздоровался с хранителем и спрыгнул с коня, — могли и побольше участок мне расчистить. А если бы я не вписался? Чем кормить будешь? Учти, я плохо ужинал и не завтракал. А ты все это время здесь стоял и ждал меня? Уважаю.
— Фонтан закрой, — посоветовал мне друид, — ложись на землю, сейчас буду тебя лечить, а ты мне — рассказывать о событиях в герцогстве.
— А как же ваши предсказатели пророкообразного толка с уклоном в оракулизм?
— Дать бы тебе по шее, Шутник, да ты и так жизнью больной головой наказан. Точное предсказание в принципе невозможно! Определяются только основные потоки с массой вариантов внутри них. Только изредка можно предсказать событие точно, и только потому, что оно связано с сильными изменениями в Мире.
— Вроде моей третьей печати?
— Нет, твоя сорванная печать просто привела бы к еще одному событию, которое бы коснулось всех. Ты в этом деле не участвовал бы, могу тебя успокоить хоть этим.
— Ладно. — Я лег на землю. — Фарин, мне лень рассказывать, и спать хочется. Все равно ты обо мне все знаешь. Я сниму защиту, посплю, пока ты меня лечишь, а ты копайся в моей голове. Вашу подлую хранительскую натуру я уже хорошо изучил. Вы последние, кто захочет причинить вред разумным Арланда. Особенно внимательно просмотри информацию о княжне Валии. Мне нужен твой совет. Подожди, — я сжал амулет связи и стал настраиваться на Арну: по моим расчетам, она уже должна быть в замке. Оборотень в своей второй ипостаси может передвигаться быстрее, чем всадник, да и выносливость у него на высоте, трое суток быстрого бега — какой вопрос?