- И так вижу! - проворчал Аттал. - Ты предлагаешь сдаться?
- Да нет, всего лишь констатирую очевидное. Еще одна серьезная атака - и они преодолеют наш каменный круг. А внутри него у нас не будет шансов сдержать их.
- У тебя есть план?
- Мы можем спастись бегством. В лесу им будет трудно нас преследовать.
Аттал взобрался на ближайший валун, изучая взглядом заросли, сгустившиеся меньше чем в миле от них. Так близко - но эти деревья с тем же успехом могли расти и за океаном, ибо более тридцати воинов поджидали внизу, а их скакуны были аттической породы - на несколько ладоней выше македонских и коринфских лошадей, и гораздо более быстроногие. - Мы и полпути не преодолеем, - сказал он Экталису, - а на равнине они перебьют нас по одному.
- Тогда нам остается только биться и погибать, - произнес коринфянин.
Аттал подавил свой гневный ответ и только кивнул. Они скрылись от первого разъезда, но второй отряд их перехватил. Шлем заметил круг из валунов, и там они укрылись.
Но попасться в миле от леса! Аттал чувствовал, как в нем вскипает ярость. Всё это было по вине Пармениона. Останься он с ними, ничего бы этого не случилось. Но нет же: ему надо было играть в героя.
- Еще и новые идут, - сказал Шлем, и Аттал посмотрел на север. Облако пыли говорило о приближении еще как минимум пятидесяти мессенских всадников.
Мечник исторг проклятие. - Да пусть хоть всей ордой идут. Какая разница? Тридцать конников - это уже выше крыши. Все равно, будет их восемьдесят - или сто восемьдесят. - Он снова выругался.
Внизу мессенцы ждали своих товарищей, и Аттал увидел, как два неприятельских офицера отошли в сторону от остальных обсудить стратегию. Солнце начинало садиться, и небо над далекими горами стало пламенно-красным.
Фина подошла к Атталу. - Я отведу Александра в лес, - сказала она негромко.
- Они вас схватят, - возразил он.
- Они нас даже не увидят, - сказала она, вздыхая. - Но для тебя и остальных я не смогу сделать то же самое. Силы мои сейчас истощились, но и на самом пике их бы не хватило на то, чтобы скрыть такой большой отряд.
Аттал отвернулся, эмоции кипели в нем со смертельной яростью. - Забирай его! - выговорил он. - Забирай его, чтоб тебя!
Мгновение жрица стояла молча, затем отвернулась и отвела Александра к лошадям, усадила его в седло и села за ним. Коринфяне наблюдали за ней в молчании, а Шлем подошел и встал рядом с лошадью.
- Куда направляетесь? - спросил он тихо.
- В лес. И меня никто не остановит.
- Мальчик важен для меня. Если он пропадет, я умру, так и не узнав своего прошлого.
- Знаю. Но его судьба выше твоих желаний.
- Не для меня, госпожа.
- Тогда тебе надо сделать выбор, Шлем, - сказала она нейтральным тоном и с бесстрастным лицом. - Можешь достать меч и остановить меня. Но тогда ребенок достанется Царю-Демону. Ибо вам не удержать этот холм от воинов, которые его окружили.
- Это правда, - согласился он. - А, ладно, поезжай с миром, госпожа. - Он поднял руку и похлопал Александра по ноге. - Надеюсь, ты завершишь странствие успешно, парень. Скверно это, погибать ни за что.
Александр кивнул, но ни слова не сказал.
Фина тронула поводья, и лошадь двинулась между валунами, медленно спускаясь по склону. Аттал, Шлем и коринфяне смотрели, как она ехала по равнине прямо к мессенцам. Никто не попытался остановить ее, словно никто из них ее не замечал, и македонская кобыла прошла через стан врага прямо к деревьям.
Аттал достал водяной камень из заплечного мешка и принялся точить свой меч.
- Что ж, по крайней мере врагов получилось одурачить, - проговорил Шлем.
- Отличное утешение для меня, - процедил Аттал сквозь зубы.
- Ты всегда такой ворчун? - отозвался воин.
- Только перед смертью.
- Ясно. То есть, ты не считаешь, что мы можем победить?
Аттал встал, глядя Шлему в лицо, его ярость была близка к безумию. И тут он увидел широкую ухмылку на металлическом лице, веселый блеск в бронзовых глазах. Всё напряжение разом покинуло македонянина, и он улыбнулся с внезапной веселостью. - Как насчет побиться об заклад? - предложил он.
- На что? - спросил Шлем.
- На то, что я убью больше.
- А на что спорим? У меня монеты нет.
- И у меня. Поспорим, ну, скажем, на тысячу золотых?
- Ты уже убил троих против моих двух, - заметил Шлем. - Думаю, нам надо начать с нуля, и считать их со следующей атаки.
- Так ты согласен?
- На все сто, - сказал Шлем.
- Идут! - закричал Экталис.
***
Жрица въехала под сень деревьев и остановила лошадь. Александр сидел молча с прямой спиной, тело его дрожало от напряжения. Ее Дар осторожно подтянулся к нему.