— Каждый из нас решил, что это выход, так будь смелой и дойди до конца. Когда все закончится на наши головы обрушится лавина и большая ее часть придется на тебя, Диана.
Она протянула изящную кисть с ярким лаком на ногтях. Очередной трюк, которым Диана с такой легкостью пользовалась, даже со мной, но никогда не забывала об осторожности. Боялась меня. Да, она относилась с уважением и даже позволяла себе хотеть меня, но все же иногда я читал в ее глазах страх. Диана прекрасно знала те слухи, которые окружали меня как невидимая броня, правда. Видела каким жестоким я могу быть и боялась. Сейчас это разочаровало и заставило вспомнить Амиру, которая открыто выражала свой гнев и ярость, не пытаясь со мной играть. Диане не хватало ее прямоты и раскованности. Они кардинально отличались друг от друга: изящная аристократка до мозга костей, воспитанная в богатстве и роскоши, Диана была лакомым кусочком, но не для меня.
Она кивнула и отошла больше не пытаясь обвинить меня. Да и не смогла бы. Как я трахал других никто не видел. Я вел себя соответствующе и скрывал все связи не ради тонких чувств Дианы, а потому что так каждый думал о том, что я хороший и это ставило моих врагов в выгодную для меня позицию. Меня недооценивали. Думали сплетни о жестоком темном принце — ложь. А тот кто не знает своего противника всегда проигрывает.
— Меня интересует один человек, — прямо начал, как только Ирам избавился от своих псевдо «друзей». Я наблюдал за ним очень внимательно, когда произносил имя. — Риодан Блек.
Всего на секунду в его глазах мелькнуло узнавание и мне этого хватило. Если Ирам начнет отрицать, я сломаю его. Заставлю ответить. Барон все еще отрицал свое вмешательство и теперь я был склонен верить, но не отпускал его. Мне нужен кто-то другой, Барон единственный, кто находился в моем распоряжении и пока не согласится на сделку останется в мрачных стенах за решёткой.
— Владелец «Пляски смерти». Мрачный тип, который весьма возможно стоит во главе синдиката, — отличная игра. Ирам хотел столкнуть все свои грехи на другого. Просто глупо.
— Что-то еще?
— Насколько знаю про него нет никакой информации. Я пытался найти сведения о владельце одного из самых популярных мест в городе, но вокруг него пустота. Он тень. Призрак.
Я еще какое-то мгновение смотрел в его глаза, чувствуя ложь на кончике своего языка, приторно-сладкую, которая горечью разливалась в моем животе, но сейчас позволил Ираму увидеть, я верю. Единственное, что мне оставалось — играть. Лгать. Дать другим веру в то, что я слаб и неспособен подтвердить свою репутацию.
И он проглотил мою ложь. И перешел к делам, как всегда это делал. Ирам слишком сильно любил власть и деньги. Слишком упивался своим положением. Однажды я сниму его с мнимого пьедестала и упокою его черную душу в земле. Он много говорил. Он смотрел на меня думая, что оплел своей паутиной, а я подыгрывал.
Вернувшись домой нашел отца в библиотеке. Он сидел в кресле с одной из тех книг, которые так часто мама читала нам с братом перед сном. Подняв голову нахмурился заметив в каком я напряжении.
— Риодан Блек как-то относится к синдикату? Потому что Ирам утверждает именно это. Ты знаешь о нем?
Я отвел взгляд на секунду опускаясь в кресло напротив отца и не заметил как сжалась его челюсть. Пропустил сузившиеся глаза и побледневшие губы. Если бы я только знал…
— Риодан Блек не тот о ком тебе стоит переживать, Содом, — спокойно ответил отец. — Ирам хочет отвести от себя подозрения и готов спихнуть всех поближе к синдикату, чтобы остаться неприкосновенным. И ты знаешь это.
— Это все? Не должен волновать? — слишком эмоционально вышло, что толкнуло отца на размышления.
— Риодан не враг нашей семье, только если…
Я не стал спрашивать, зная для чего отец оставил предложение висеть в немом молчании. Откинулся назад и прикрыл глаза все еще наблюдая за тем, с каким вниманием он наблюдает за мной.
— Я видел тебя с ней, — отец задумчиво потер рукой подбородок. — Та девушка имеет какое-то отношение к Риодану, не так ли? Это вызывает в тебе столь бурную реакцию, сын?
Упрямо сжав челюсть позволил отцу сделать выводы не желая признавать очевидную правду. Слова сделают мои мысли еще реальнее, а я и так находился на грани.
— Просто оставь ее. Не нужно ссориться с тем, кто имеет силу. Риодан Блек не тот кто станет нападать первым, но если ты причинишь вред месть настигнет тебя.
— Интересно откуда так много ты знаешь?
Между нами натянулась нить напряжения. Нечто неуловимое мрачное пролегло между нашими взглядами. Отец не одобрял мое дикое увлечение той девушкой. Как и увлечение Садио. Он с ума сходил по той, которая врагом была. Похоже нашей семье предначертано желать тех, кто нам не подходит. Я знал, отец многого недоговаривает и не стал давить только потому, что понимал какая реакция последует. Тем более наблюдение за «Пляской смерти» и ее владельцем теперь стало более пристальным. Я знал, когда Амира приезжала к нему. Какие люди проходили через черный ход в обитель темного и мрачного человека. И я догадывался, что там происходит, но так же как и с Готти не имел вещественных доказательств.
Отец не стал отвечать опустил взгляд в книгу и я услышал его тихие слова:
«И когда ты утешишься (в конце концов, всегда утешаешься), ты будешь рад, что знал меня когда-то. Ты всегда будешь мне другом. Тебе захочется посмеяться со мною. Иной раз ты вот так распахнёшь окно, и тебе будет приятно… И твои друзья станут удивляться, что ты смеёшься, глядя на небо. А ты им скажешь: «Да, да, я всегда смеюсь, глядя на звёзды!». И они подумают, что ты сошёл с ума. Вот какую злую шутку я с тобой сыграю».