Выбрать главу

Он хотел поговорить три дня назад. Позвонил и назначил встречу, а я не пришла была слишком занята, трахаясь с тёмным принцем.

— О чём ты хотел поговорить?

— Твоя мама. Она в городе. Была, — это последнее уточнение ледяным свинцом залегло в моём теле.

Его взгляд, замкнутый пустой, пугал, потому что я знала у Риодана плохие просто дерьмовые новости. В тот момент мне бы развернуться и убежать, чтобы никогда не слышать правды, которая заставила мои колени подогнуться. Я просто села на пол, спрятав лицо в ладонях чувствуя, как сердце отбивает дикий бешеный темп. Когда Риодан протянул мне прозрачный бокал, я знала, что в нём. И приняла, понимая, что нуждаюсь в передышке. Должна дать своему мозгу эту ночь, которая не принесёт боли. Завтра. Я буду думать об этом завтра.

Выпив снотворное, легла на диван прикрыла глаза, почувствовав на своей щеке тёплую ладонь. Риодан был рядом даже сейчас, когда я хотела отключиться от этого мира его тайн и секретов. Не хотела владеть той информацией, которую с избытком вывалил на меня Риодан. Но я знала, как только проснусь, тяжесть от его слов раздавит меня. И единственная мысль, бившаяся словно птица в клетке в моей голове — похороны.


***


Открыв глаза, не спешила встать. Повернув голову, заметила две таблетки обезболивающего стакан воды и одежду. Строгий чёрный костюм для похорон. Как только это слово вспыхнуло в сознании, на меня обрушились небеса. Теперь в одиночестве его кабинета я погрузилась во вчерашний вечер и почувствовала, как из уголка глаза скатилась слеза.

— Наши истории схожи, Амира. Наши судьбы переплетены так, как ты даже и представить не можешь. Давно ты требуешь от меня правды, которой я не хотел делиться. Не мог позволить тебе вспомнить о тёмном прошлом, что должно остаться именно в прошлом. Навсегда.

— Почему передумал? — прищурившись спросила даже не подозревая, как перевернётся моя жизнь после того вопроса.

— Потому что твоя жизнь в опасности. Снова.

Он долго молчал, наблюдая за мной. Ожидая. Обдумывая. Возможно, сомневался, стоит ли продолжать тот разговор? Но я напряглась в ожидании того, о чём мечтала уже довольно давно. Мне было пятнадцать, когда в первый раз спросила его о своих шрамах, рассказала о тех жутких снах про бабушку с дедушкой, но Риодан умело отвлекал меня и проделывал этот трюк каждый раз, когда речь заходила о кровавых воспоминаниях. Или точнее о том, почему их не было. В чём моя проблема? Почему я не могла вспомнить то, что произошло?

— Ты похожа на неё. Та же ямочка на правой щеке и улыбка как будто это она улыбается мне с твоего лица, — голос ровный спокойный с ноткой сочувствия. Будто он сожалел о том времени, которое теперь навсегда осталось в прошлом. — Твоя мать была танцовщицей в клубе. Она очень красиво умела двигаться, слышала музыку. Непросто выступала по программе, отработанной заранее, а чувствовала каждую ноту мелодию, что вела её в танце. Не знаю, что произошло в жизни Оливии, но могу предположить один из её клиентов является твоим отцом. Я даже знаю кто он, но всё усложняется тем, что про тебя узнала его жена. Она охотилась за тобой, чтобы причинить боль мужу. Именно она похитила тебя от бабушки с дедушкой и оставила эти шрамы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Та информация, которая сейчас роилась в моей голове просто не подходила ни оному сюжету, что я могла представить. Она никуда не вписывалась. Бред. Безумство. Ужас.
Но теперь я вспомнила то время, когда жила с бабушкой и дедушкой в небольшом домике с красивым садом за которым так любила ухаживать бабушка Грем. Она показывала мне как правильно сажать цветы, обрезать и сдабривать. Сны мои непросто фантазия или как я очень часто думала игры больного безумного разума — это воспоминания.

— Почему?

— Как я уже говорил, наши истории очень похожи, Амира. Моя мать была танцовщицей отец трахнул её и ушёл. А через девять месяцев родился я.

Какое-то воспоминание настойчиво крутилось в голове, но как только я пыталась его ухватить оно ускользало. Риодан не торопился, позволив мне думать, вспоминать задавать вопросы.

— Их убили, — недоверчиво выдохнула.

— Да. Именно Лидия убила их и похитила тебя. Тогда я решил, что единственный способ сохранить тебе жизнь спрятать. Стереть. Превратить в тень.

Почему я не могла вспомнить ничего из того времени? Что произошло? Что та женщина сделала со мной?

— От кого?

— Коэн.

Я слышала где-то эту фамилию, но не могла вспомнить. Мне нужно больше информации. Все источники, которые смогу раздобыть, чтобы найти ответ.