— Мак-сиииимм… Ты ви-дишь меня? — ужасающая говорящая голова снова раскрыла рот.
Максим боялся не ответить, боялся, что если он этого не сделает, то что-нибудь сделают с ним. Через огромное усердие он все-таки произнес. — Да….
Из омерзительного рта потекли слюни. — Тыыы хо-чешь иг-рать?
Максим понимал, что если они уже заговорили, то надо хотя бы стараться отвечать на вопросы, чтобы остаться в живых.
— А я могу отказаться? — спросил Максим.
Оно улыбнулось, да так, что были видны его гнилые десны и запекшееся кровь. Зубы были кривые и длинные, — словно наращенные ногти; Ушей не было видно; Казалось, что голова тянулась куда-то за пределы экрана; Глаза были черными и маленькими, как две точки, оставленные от фломастера; Из-за отсутствия бровей, кожа была похожа на глянцевую обложку.
— Не-ттт. Не мо-жешшшшшшш… — шипение было похоже на скрежет стекла. Теперь Максим очень жалел о том, что родители уехали, и что он вообще просил папу купить эту игру. Вполне возможно, что ничего этого не было, если бы не его каприз и не папина снисходительность.
— Те-беее на-до иг-раааать… — теперь голова не улыбалась. Оно бросило пронизывающий взгляд на игровую приставку, из которой стал идти сильный дым. Этот дым был не похож на обычный. Максим не чувствовал никакого запаха, кроме запаха собственного пота. Джойстик, который он держал в руках, начал покрываться чем-то склизким и холодным; Максим перестал ощущать руки; Он пытался ими пошевелить, подать какой-то импульс. Но все было тщетно. Кости его рук начали смещаться, он осязал, как растягивалась кожа и напрягались вены, — его руки стали сливаться с джойстиком, как в каком-то из фильмом, который он смотрел с папой в кинотеатре. Его охватил ужас, но не от увиденного, а от того, что он просто не мог сопротивляться. На потолке заморгала люстра. Обычно это было предвестником того, что лампочки скоро перегорят, но они стали светиться еще ярче. Висящая люстра стала похожа на сильную вспышку солнца, которая не угасала. Максим немного прищурил глаза. Так ему было даже лучше. Он хотел отвернуть голову, чтобы не видеть этого ужасного лица в телевизоре, но она его не слушалась. Он вообще не мог ничем пошевелить. Возникали новые болезненные ощущения. Максим учуял запах железа и пластика. Его руки покрылись темной блестящей жидкостью и ощущение того, что руки еще есть, — пропало насовсем. Максим продолжал смотреть в телевизор, считая секунду за секундой, когда наконец это ужасное лицо пропадет с экрана.
— Начи-най иг-рааать! — голос «резал» Максиму слух, но все было очень разборчиво. Оно кинуло взгляд на джойстик.
Сначала Максиму стало больно, но все быстро прошло. Он посмотрел на джойстик и пришел в еще больший ужас — его слившиеся с пластиком пальцы сами стали нажимать на кнопки. Мерзкое лицо пропало, а на экране снова забегали загрузочные красные кружки.
Игра началась...
Глава 3. Смертельная гонка.
— Приветствую тебя на смертельной гонке! Ты должен убить всех! Я хочу больше крови! — на экране высветилась двигающаяся голова в кожаной маске. Руки Максима напряглись; Слившиеся с пультом управления пальцы стали нажимать на кнопки и двигать ползунком.
Персонаж, которым управлял Максим, сидел в кабине чёрного автомобиля, напоминающего столовую вилку, множество столовых вилок с крутящимся диском наверху.
Снаружи рядом с ним находились и другие машины в ожидании начала «адской» гонки. У каждой из них было что-то особенное. Но все они напоминали смесь из чего-то острого и тяжелого. В одной из таких машин сидело существо в шлеме и кожаном красном комбинезоне. Оно постоянно стучало по рулю своими длинными волосатыми лапами и нажимало на газ до упора, оставаясь при этом на месте. Из турбин его машины, похожей на утюг с шипами, выходил желтый дым. Через лобовое стекло своей «автовилки» Максим смотрел вперед на дорогу, образованную из облачного пара; Где-то вдалеке мерцали белые огоньки. Все больше разряженного выхлопного тумана скапливалось вокруг автомобильной кабины Максима, покрывая стекла серой пленкой.
На экране появились большие красные цифры, отчитывая секунды до старта.
— Три… Два… Один… Старт! — крикнул грубый, похожий на мужской, голос.
Пальцы Максима надавили на ползунок джойстика — машина резко тронулась с места наравне с остальными. Красный мясорубочный джип подрезал Максима, сбив его с облачной дороги. Пульт управления задрожал в руках Максима, и он почувствовал, как горят его пальцы. Машина упала в пропасть.