VII. Как Ивон покинул Францию и как Жерар правил в Бордо
С тяжелым сердцем Ивон нанял корабль и отплыл со своими спутниками в Италию. Скоро путешественники прибыли в эту страну и отправились по суше в город, который лежит посередине всего мира, а именно в Рим. В Риме юный герцог удостоился аудиенции у самого Римского Папы. Его Святейшество был очень рад принять у себя благородного юношу и сказал ему при встрече:
— Много лет тому назад я близко знал твоего отца, герцога Севина, и теперь я счастлив взглянуть на его взрослого сына. Воистину, Ивон, ты сотворен Создателем как точное подобие моего старого друга! Думаю, что ты, Ивон из Бордо, принес мне только добрые вести. Скажи мне, сын мой, что же заставило тебя покинуть Францию и прийти сюда, к нашим дверям?
Ивон поведал Его Святейшеству о горе, которое его постигло, и о тяжелом поручении, возложенном на его плечи по воле короля Карла Великого. С отчаянием говорил юный герцог о своем будущем, потому что ему казалось, что он скачет на верную гибель. Но как только горькие слова сорвались с губ И вона, Его Святейшество Папа Римский остановил речь юноши движением руки и мягко упрекнул его:
— Да будет тебе известно, сын мой, что нет ничего невозможного на белом свете для того, кто всем сердцем верит в милосердие Господа нашего Христа. Так говорил Он Сам. Иди вперед, вооруженный верой, и ты все преодолеешь, — даже то, что ждет тебя впереди и внушает такой страх за твою жизнь — всю грозную и ужасную силу язычников.
При этих словах на сердце у Ивона полегчало, и он почувствовал себя человеком, в один миг сбросившим тяжелые железные оковы. Затем Его Святейшество посоветовал Ивону поехать в Сант-Омар и увидеться там с герцогом Гэрином, который приходился Ивону родным дядей. Ивон последовал совету Папы и скоро оказался в доме герцога Гэрина, очень известного воина, который в свое время объездил весь христианский мир и был очень мудр и опытен.
Герцог Гэрин встретил юношу с распростертыми объятиями и прижал его к своей груди. Он отвел Ивону место рядом с собой и обращался с ним, как с названным сыном, потому что у Гэрина не было наследников, а Ивон так походил на своего отца в ранней молодости, что герцог Гэрин, глядя на него, постоянно вспоминал своего брата герцога Севина. Много добра увидел Ивон от своего дяди и крепко подружился с ним. Подошло время, когда Ивон и его друзья должны были отплыть на корабле в сарацинские земли. Герцог Гэрин позвал к себе свою жену и сказал ей:
— Госпожа моя, следите хорошо за нашими владениями и управляйте всеми делами, как управлял бы я сам. Я решил отправиться в путешествие вместе с моим племянником, чтобы он, рискуя жизнью и преодолевая опасности, не был одинок в трудном походе.
Жена герцога Гэрина печально ответила своему мужу:
— Мой добрый господин, я боюсь расставаться с Вами! Мне снились плохие сны всю эту неделю, и мне кажется, что если Вы покинете меня, то я больше уже не увижусь с Вами в этом мире. Но если будет на то Ваша воля, я исполню Ваше повеление. Я буду править нашими владениями и ждать, когда Вы вернетесь ко мне!
Тут герцогиня тихонько подошла к Ивону и попросила его, чтобы он оберегал герцога и следил за тем, чтобы никто не причинил Гэрину какого-либо вреда. Так нежно любила герцогиня своего мужа.
Ивон поклялся перед распятием, что он всегда будет помнить о ее просьбе и постарается отвести любую опасность от своего дяди.
Но герцогиня пролила немало слез, отирая заплаканное лицо длинными рукавами платья, когда Ивон и Гэрин поскакали вперед из ворот Сант-Омара.
В то время, когда Ивон отправился выполнять задание Карла Великого и уже объехал полмира, его брат Жерар поправлялся после страшного ранения, нанесенного ему принцем Шарлотом. Как только Жерар поднялся на ноги, он решил ехать в Бордо.
У герцогини Акли был слуга, который смотрел с самой высокой башни на дорогу, ведущую в Бордо. Когда слуга увидел с башни флаги, развевающиеся на копьях отряда Жерара, он объявил эту весть стражникам, и скоро все жители крепости собрались у ворот встречать своих господ. Но во двор крепости вступил только Жерар, и герцогиня Акли, которая выбежала навстречу сыновьям, прижала руки к груди, точно схватившись за нанесенную рану, и воскликнула:
— Где твой брат? Почему ты вернулся один?
Жерар рассказал матери всю горькую правду о том, что случилось с Ивоном. Как только герцогиня услышала об изгнании своего старшего сына, она страшно закричала — это был крик невыносимой боли и смертельного страдания. Жители крепости ужаснулись, а герцогиня, как подрубленное дерево, рухнула на мостовую.