– С ними Вал, – ответил Маркус. – А также Мор и Фиц. – И Джен Алхундт. Эта мысль застала его врасплох, и он поспешил загнать ее поглубже, чтобы разобраться потом.
– Но ты остался бы здесь, даже если бы их там не было. – Это был не вопрос, а утверждение.
Маркус кивнул.
Адрехт шумно, протяжно выдохнул.
– Что за черт! Я у тебя в долгу, Маркус. Можно сказать, я обязан тебе жизнью. Если ты решил выкинуть ее на ветер, кто я такой, чтобы тебе возражать? – Он расправил плечи и четко, по-уставному отдал честь. – Приказывайте, старший капитан!
Маркус ухмыльнулся. Адрехт еще несколько секунд сохранял серьезный вид, затем не выдержал и расхохотался. Напряжение схлынуло, точно вода из ванны, из которой выдернули затычку.
– Им это не понравится, – сказал Адрехт. – Я имею в виду солдат.
Маркус пожал плечами:
– Солдаты всегда найдут причину для недовольства.
Глава четырнадцатая
Фолсом положил Бобби на пол в палатке Винтер, бережно расправил его руки и ноги, словно устраивал покойника в гробу. Капрал, мертвенно-бледный, уже становился похожим на труп, однако веки его едва заметно трепетали, а когда спина коснулась пола, он слабо застонал.
Графф, до сих пор черный от пороха и покрытый пылью, стянул мундир и швырнул в угол. Его рубашка поражала своей белизной, и только на манжетах, там, где они выступали из рукавов мундира, четко выделялась серая кайма грязи.
Винтер глянула на паренька и прикусила губу. Бобби сказал, что это должен сделать именно Графф, и никто другой.
– Капрал Фолсом!
Здоровяк сидел на корточках рядом с Бобби. Он поднял голову.
– Мне нужны сведения о состоянии роты. Узнай, какие у нас потери, потом отправляйся в лазарет и постарайся отыскать всех наших.
Фолсом снова посмотрел на Бобби, затем перевел взгляд на Винтер. Широкое лицо его окаменело, однако он поднялся на ноги и откозырял.
– По дороге, – прибавила Винтер, – найди пару солдат и прикажи им сесть перед палаткой. Без моего дозволения никого сюда не впускать, ясно?
Фолсом снова кивнул и, пригнувшись, вынырнул из палатки. Снаружи все еще было светло, и края полога на входе подсвечивало ослепительное солнце. Казалось, что в этом есть что-то неправильное. По всем ощущениям, уже должно смеркаться.
Графф расстегнул на Бобби мундир, осторожно раздвинув полы в том месте, где ткань пропиталась кровью. Он приподнял было плечо паренька, чтобы снять рукав, – но Бобби снова застонал, и капрал, оставив его лежать, повернулся к Винтер:
– Не хочу лишний раз двигать его с места. У вас не найдется ножа?
Винтер кивнула и, порывшись в заплечном мешке, извлекла нож для свежевания с массивной рукоятью, который купила целую вечность назад в Эш-Катарионе, поскольку ей приглянулись узоры, вышитые на кожаных ножнах. Она протянула этот нож Граффу:
– Что-нибудь еще нужно?
– Вода. – Капрал взглянул на месиво, которое представлял собой живот Бобби, и покачал головой. – Хотя предупреждаю вас: я не думаю, что…
– Вода, – повторила Винтер и выскочила из палатки.
В лагере царил хаос, и ей не сразу удалось отыскать котелки с водой. К тому времени, когда она вернулась, Графф уже избавил Бобби от мундира, разрезав вдоль рукавов и распластав их по полу, и теперь трудился над нижней рубахой – в тех местах, где она, пропитавшись потом и засохшей кровью, намертво пристала к телу. Винтер почувствовала неловкость при мысли о том, что это зрелище напоминает об охотнике, который свежует дичь, аккуратно, слой за слоем снимая шкуру и постепенно обнажая кровавую плоть.
Таким же неловким для нее было присутствие Феор, которая слезла со своей койки и теперь сидела, скрестив ноги, на полу неподалеку от Бобби. Ее поврежденная рука до сих пор оставалась перевязанной.
– Феор… – Винтер запнулась, прикусила губу. Выставить ее из палатки сейчас просто немыслимо. Даже хандараи из обозной прислуги наверняка не высунут носа наружу, пока в лагере не стихнет шумиха после боя. – Тебе… тебе незачем на это на это смотреть, – неуклюже закончила Винтер.
Феор словно и не услышала этих слов.
– Он выживет?
Винтер глянула, как Графф все так же терпеливо убирает клочки ткани с рваной раны на животе Бобби.
– Вряд ли, – ответила она по-хандарайски.
– Понимаю. – Феор сменила позу, подтянула колени к подбородку и плотно обхватила их здоровой рукой, но не отвела взгляда.
– Мне нужна вода, – бросил Графф, не поднимая глаз. – Полейте вот тут, где кровь, только очень осторожно. Тоненькой струйкой.