– Вы приверженец Свободной церкви, верно, капитан?
Маркус кивнул:
– Правда, я никогда не был особенно набожен. Я имею в виду…
Янус вскинул руку, обрывая его на полуслове:
– Довелось ли вам слыхать историю Короля-демона?
Имя казалось смутно – крайне смутно – знакомым, но почему и откуда, Маркус вспомнить не мог. Он покачал головой.
– Это один из апокрифов ранней церкви, – продолжал Янус. – История гласит, что во времена святого Лигаменти, в эпоху Священных войн на востоке был один колдун, который захватил местные земли и создал там собственное королевство. Он называл себя Королем-демоном, – во всяком случае, только под этим именем упоминают его дошедшие до наших дней летописи. С помощью магии он уничтожал все армии, посланные против него, и держал все окрестные земли в страхе. В конце концов прочие короли обратились за помощью к церкви, и понтифик Черных объявил против него Священную войну.
– Кажется, я вспомнил, – перебил Маркус, роясь в давних, покрывшихся пылью воспоминаниях о том, как сидел вместе с родителями на дощатой занозистой скамье местной церкви. – Злой король был разбит, но сумел улизнуть от Черных священников и бежал со всеми своими сокровищами за море. Оттуда и получило свое название море Демона… – Он осекся. – Вы, наверное, шутите.
Янус улыбнулся.
– Но… – Маркус запнулся, лихорадочно подыскивая слова. – Это же было тысячу лет назад! И в любом случае это всего лишь сказка. Такая же, как «Грегор и сто разбойников» или «Хью и великан».
– В сказках зачастую скрывается больше правды, чем вы могли бы вообразить, – отозвался Янус. – Не в буквальном смысле слова, конечно, однако они в некотором роде представляют собой народную память, порой уходящую корнями в реальные события. Если совместить сказки с историческими фактами… – Он пожал плечами. – Не могу сказать, существовал ли на самом деле Король-демон, но в третьем веке нашей эры понтифик Черных действительно вел Священную войну на востоке, и осталось слишком много упоминаний о том, что его враги уплыли за море на юг, чтобы считать все это простым совпадением.
– Это не значит, что они приплыли именно сюда. Хандар и открыли-то всего двести лет назад!
– Двести двадцать четыре года назад, – педантично поправил Янус. – Однако же именно в этом и суть. Культурологические исследования первых экспедиций выявили мелкие совпадения, которых исследователи не смогли объяснить, – совпадения некоторых деталей хандарайской культуры с нашей. Элементы языка, символы… – Он перехватил взгляд Маркуса и снова пожал плечами. – Большинство ученых отвергает эту идею, но я лично изучил все факты. Кто-то с нашего континента побывал в этих краях задолго до того, как капитан Вакерсон совершил свое открытие.
– Так вот что, по-вашему, ищет Последний Герцог? Нечто вроде… сокровища?
Похоже на сюжет дешевой ярмарочной пьесы – громадное хранилище, битком набитое древними сокровищами, и неустрашимый герой откапывает его, попутно спасая свою возлюбленную. «Кто же я в таком случае – комический персонаж второго плана?» – подумал Маркус.
– В своем роде. – Янус двинулся дальше, и Маркус поспешил нагнать его. – Впрочем, если вы полагаете увидеть груду золота, вас ждет разочарование.
– Что же тогда здесь спрятано?
– Увидите. Ага! – Пламя светильника выхватило из темноты дощатую дверь, вставленную в камень. – Этого я и ожидал. Мы сейчас под самой вершиной священного холма. Прямо над нами – храм Соединенных Небес.
Это был самое крупное и внушительное строение Памятного холма – громадный дворец из песчаника, покрытый снаружи гротескными, изъеденными непогодой и временем статуями сотен богов. Маркус однажды, сопровождая принца, даже побывал внутри. Ничего примечательного там не было – опять же статуи и толпы истово молящихся хандараев, хотя сами размеры гигантского колонного чертога поневоле впечатляли.
– Туннель прорубили под храмом?
– Скорее храм поставили над туннелем. – Янус взялся за дверное кольцо и как следует дернул. Медленно, с надрывным стоном проржавевших от времени петель дверь распахнулась, и за ней открылась темнота.
Маркус хотел было напомнить об осторожности, но, прежде чем он успел открыть рот, Янус нетерпеливо ринулся вперед. Держа под рукой мушкет, Маркус последовал за ним. Масляный светильник озарил восьмиугольную камеру со сводчатым потолком и голыми каменными стенами. Не было ни мебели, ни какого-либо убранства. Маркус не обнаружил ничего, что отличало бы эту камеру от коридора, которым они пришли сюда. Он вопросительно взглянул на Януса.