– Я – Даннин дан-Улук, староста этого города.
Маркус кивком указал на Втыка, который все еще театрально постанывал:
– Как это произошло?
– Он хотел взять воду из фонтана. Я объяснил, что он должен сделать пожертвование Владыке Вод, но он отказался. Когда он попытался оттолкнуть меня и пройти к фонтану, я вынужден был применить силу.
– Ясно. А он понял, что вы ему сказали?
Даннин пожал плечами. Маркус мысленно вздохнул.
– В таком случае я приношу за него извинения, – произнес он. – Многие мои люди не знают вашего языка. Я хочу, чтобы они получили дозволение пользоваться вашим фонтаном с сегодняшнего вечера и до завтрашнего утра. Какое пожертвование надлежит сделать для этого Владыки Вод?
– Сколько у вас людей?
– Чуть больше четырех тысяч, и еще лошади.
Староста покачал головой:
– Их слишком много. Фонтан иссякнет и не наполнится еще много недель. Между тем город будет страдать без воды.
Маркус поморщился: «Как бы мне все-таки не пришлось показать, что я ничем не лучше Дэвиса».
– Нам нужна вода, – сказал он тихо, так, чтобы его не услышали люди, столпившиеся позади старосты. – В обмен на воду я готов принести щедрые дары вашему городу и вашему богу, а также купить у вас продовольствие и прочие нужные товары. Если, однако, вы откажете, мы можем именем принца реквизировать все это, и тогда вы не получите ничего.
– У вас нет такого права.
«У меня есть армия. Это даже лучше всякого права», – подумал Маркус и произнес:
– Принц думает иначе. Вы можете обратиться к нему за возмещением.
– А если мы не подчинимся?
Маркус оглянулся через плечо на сержанта Дэвиса, который по- прежнему сверлил хандарая злобным взглядом. И пожал плечами с таким видом, словно ему это было безразлично.
– Вы заплатите, – после минутного размышления сказал староста. – И мы принесем вашим солдатам вино для питья, так что вода из фонтана понадобится только вашим лошадям. За вино вы, разумеется, тоже заплатите.
– Разумеется, – согласился Маркус.
В висках у него стучало в такт пульсирующей боли в предплечье. Интересно, как он будет объяснять все это Янусу? «Если он вообще станет требовать объяснений», – подумал капитан.
– А сказал он, куда мы двинемся дальше? – спросила Джен.
– Разумеется, нет, – ответил Маркус, одной рукой стаскивая с себя мундир и швыряя его в угол. – Только улыбается, словно думает, что тайны приводят меня в восторг. Клянусь Карисом Спасителем, этот человек ошибся в выборе призвания! Ему нужно было стать цирковым фокусником.
С этими словами Маркус схватил бурдюк с вином – приторным пойлом, которым щедро снабдили ворданаев жители Нанисеха, – и сделал очередной большой глоток.
Джен, сидевшая на его койке, сочувственно кивнула. Строго говоря, Маркус не приглашал ее зайти в только что поставленную палатку, но Джен дожидалась его снаружи, а он был так взбешен нежеланием Януса делиться своими планами, что сам не заметил, как излил ей душу. Теперь, стоя с бурдюком в руке, он смотрел в глаза женщины, блестевшие любопытством за толстыми стеклами очков, и пытался понять, не наговорил ли лишнего: «Как ни крути, она все-таки служит Конкордату, а Янус, как бы там ни было, мой командир». Предавать чье-то доверие было глубоко противно природе Маркуса. Он не упомянул Тысячу Имен, даже не намекнул, что Янус затеял этот поход не только для того, чтобы покончить с Дланью Господней, – однако теперь поневоле гадал, сколь много Джен могла извлечь из его гневной речи.
– Полковник не доверяет мне. Впрочем, это и неудивительно. Думаю, он на самом деле не доверяет никому. – Маркус криво усмехнулся. – Я не хотел вас обидеть.
– Я и не обиделась. Его светлость герцог, безусловно, не доверяет полковнику. – Джен протянула руку, и Маркус без единого слова отдал ей бурдюк. – Именно потому, собственно, меня и прислали сюда. Правда, что мне делать сейчас, я просто не представляю.
– Разве вам в министерстве не дали секретных инструкций? – поддразнил Маркус.
– Мне не дали вообще никаких инструкций. Мне было сказано лишь наблюдать и докладывать. – Джен покачала головой. – Думаю, даже Орланко не ожидал, что полковник так быстро свергнет искупителей.
– Ничего другого не оставалось. Если бы мы затеяли осаду, да еще во враждебном окружении, мы не продержались бы и месяца. Янус был прав. Единственным путем к победе был удар напролом.
– В лагере говорят, что он гений, – заметила Джен. – Второй Фарус Завоеватель. Это так?
Маркус неловко повел плечами: