Так они шли долго, ни разу не услышав оклика часовых. Наконец, когда линия охранения осталась далеко позади, люди Дэвиса и их подопечный остановились. Винтер терпеливо выждала минуту и подобралась ближе.
– … мне это не нравится, – услышала она голос Уилла.
– А мне не нравится вся эта хрень! – огрызнулся Бугай и смачно сплюнул. – Мне обрыдло торчать в этой растреклятой пустыне, а чтоб пить конскую кровь – так и вовсе с души воротит! И уж верно я не мечтаю, чтоб какой-нибудь козлом дранный десолтайский ублюдок отчикал мне петушка! Чем скорей мы отсюда уберемся, тем лучше, а грохнуть при том Живчика и вовсе праздник сердца.
– Тише ты! – не выдержал Уилл. – Вдруг услышат.
– Да нет здесь никого, – буркнул Бугай. – Сегодня наша смена, забыл, что ли? И вообще, кому какое, к свиньям, дело, нравится тебе или нет? Приказано – выполняй, а нет, так ответишь перед сержантом.
– Да знаю я, просто говорю, что мне это не нравится, вот и все.
– Вот же мученики драные! Давай сюда эту распроклятую штуковину. – Винтер услышала глухой мягкий хлопок. – А ну, на колени, сэр!
К тому времени она была уже в нескольких ярдах. Бугай поставил фонарь на плоский камень, и свет падал на всех троих сзади, отчего на песке извивались длинные тени. Уилл стоял ближе всех, в двух шагах от Винтер, Бугай налег на связанного лейтенанта, вынуждая его опуститься на колени. В левой руке он держал пистолет, а правой тянулся к ножу на поясе.
«Боже Всевышний, они хотят его убить!» Винтер больно, до крови закусила губу и принялась шарить вокруг себя в темноте. Наконец ей удалось нащупать камень величиной чуть больше ее кулака, и, когда Уилл повернулся спиной, девушка бросилась на него.
Ростом он был ненамного выше, и потому Винтер нанесла удар сверху, мощным взмахом обеих рук обрушив камень на висок Уилла. Раздался тошнотворный треск кости. Уилл повалился как подкошенный, без единого звука, и Винтер, перескочив через его тело, ринулась к Бугаю. Тот, застигнутый врасплох, непроизвольно шагнул назад, и удар, в который Винтер вложила всю свою силу, разминулся на фут с его лицом. Прежде чем она успела выпрямиться. Бугай поспешно перебросил пистолет в правую руку и, вскинув его на уровень глаз, попятился еще дальше.
– Что за дьявол!.. Святоша?! Ты, что ли, сукин сынок?
Винтер хотела швырнуть в него камень, но усомнилась, что успеет сделать это прежде, чем Бугай спустит курок. Поэтому она лишь медленно кивнула.
– Ты что это натворил, а? – Бугай, морща лоб, вгляделся в валявшегося на земле товарища. – Уилл, ты живой? Скажи хоть словечко, если живой. – Он помолчал, вслушиваясь, затем едва слышно выругался и с ненавистью глянул на Винтер. – Ты его прикончил, ублюдок!
– Бугай…
– Надо бы оставить тебя сержанту, – проговорил Бугай. – Уж он-то знает, как разобраться с такой вот пронырливой мразью. Да только некогда нам сегодня отвлекаться, так что передай привет Господу!
С этими словами он нажал на спусковой крючок. Лязгнув, упал курок, кремень брызнул на затравочную полку искрами, но они зашипели и погасли, не произведя выстрела. Бугай опустил пистолет, озадаченно уставился на него и поднял голову в тот самый миг, когда Винтер замахнулась камнем. Вскинув руку над ее головой, Бугай успел отразить идущий сверху удар, но Винтер с разгона врезала ему коленом в пах и, когда здоровяк от боли сложился вдвое, резко ударила локтем по затылку. Бугай застонал и повалился наземь, выронив пистолет.
– Спаситель всепроклятый, кочергой в зад долбанный! – выругалась Винтер, хватая ртом воздух. Закрывая глаза, она до сих пор видела тлеющий в темноте под веками отблеск пистолетной искры. Дыхание вырывалось из груди частыми судорожными толчками.
Бугай снова застонал. Винтер развернулась и изо всей силы пнула его в бок. После второго пинка он уяснил, чем пахнет, и перекатился, не открывая крепко зажмуренных глаз. Винтер сняла с его пояса длинный нож, затем отыскала упавший на землю пистолет. Осторожно обследовав его, девушка обнаружила, что заряд в стволе был, а вот порох на полке отсутствовал: Бугай попросту забыл его насыпать.
– Как был ленивой скотиной, так и остался, – прошептала Винтер. И, отложив пистолет, наклонилась к лейтенанту Варусу, чтобы освободить его.