Дэвис ухмыльнулся. Винтер вдруг поняла, что сейчас он ее ударит. Она напряглась, приготовившись увернуться, но Бугай и Втык встали по бокам от нее, точно зажав в тиски.
– Сержант!
Это был голос Бобби. Дэвис застыл. Винтер осторожно глянула через плечо. Паренек стоял в самом конце прохода, и огонь костров подсвечивал его силуэт.
– Мы еще не договорили, – проворчал Дэвис. – Мотай отсюда.
– Дело в том, – промолвил Бобби, продвигаясь вперед, – что у нас как раз в самом разгаре партия, а без сержанта продолжить никак не получится. Так что не могли бы вы отложить свой разговор до утра?
Бугай преградил путь капралу. Ветеран был на добрый фут выше новобранца и на добрых полсотни фунтов тяжелее. Рядом с Бобби он выглядел сущим великаном.
– Сержант ясно сказал – мотай! – прорычал он. – Мы заняты!
– Но…
Бугай возложил руки на плечи Бобби и как следует надавил. У паренька подкосились ноги, и он помимо воли рухнул на колени.
– Вот что, детка, – процедил Бугай, – быстро уползешь отсюда – останешься цел, ясно?
Винтер перехватила взгляд Бобби. «Беги!» – мысленно взмолилась она, но мольба, судя по всему, не дошла до адресата. Паренек улыбнулся и быстро глянул вверх.
– Прошу прощенья, – прозвучал за спиной у Дэвиса гулкий бас. Затем капрал Фолсом шагнул вперед и одарил Винтер улыбкой.
Дэвис обернулся с перекошенным от ярости лицом… и замер, мгновенно переоценив обстановку. Будучи крупного сложения, он привык добиваться подчинения одним своим могучим видом, однако Фолсом почти не уступал ему в росте. Более того, туша Дэвиса после нескольких лет вольготного житья в Эш-Катарионе изрядно заплыла жиром, зато капрал был крепок и мускулист, как молотобоец. Его поза говорила о том, что парню часто доводилось использовать физическую силу, – он стоял на носочках, в любое мгновение готовый к броску.
Втык тоже развернулся к Фолсому, и на несколько секунд в проходе воцарилась угрожающая тишина. Винтер хотелось пронзительно закричать, броситься наутек… сделать хоть что-нибудь. И еще она желала, чтобы капрал Фолсом размазал жирную физиономию Дэвиса по его же жирному затылку, но в то же время сама мысль об этом пугала ее до немоты. Кто пойдет против Дэвиса, больно поплатится – эту нехитрую истину Винтер давно заучила наизусть. Лучше уж не попадаться ему на глаза. Вот только сейчас это, к сожалению, было невыполнимо.
Напряженную паузу нарушил топот сапог, раздавшийся за спиной у Бобби. Из-за поворота, слегка пыхтя, появился капрал Графф, а за ним следовало еще с полдесятка дюжих солдат. Дэвис принял решение. Он расправил плечи, и лицо его перекосилось в подобии улыбки.
– Серьезные у вас игры, как я погляжу, – проговорил он и с добродушным видом похлопал Втыка по плечу. – Что ж, я думаю, мы с вашим сержантом уже более-менее закончили свое дельце. – Дэвис ухмыльнулся Винтер, и глаза его зловеще полыхнули. – Ты уж побереги себя, Святоша. Мы ж не хотим, чтобы с тобой стряслась беда, верно? Гляди, как бы не наступить на скорпиона.
Винтер знала, что он имел в виду. Это было традиционное прикрытие для побоев, случавшихся в роте. Когда избивали какого-нибудь беднягу так сильно, что он истекал кровью и не мог явиться на перекличку, его сослуживцы обычно сообщали, что он наступил на скорпиона.
Бобби одарил Дэвиса ясной невинной улыбкой:
– Можете не беспокоиться, сержант. Мы за ним присмотрим.
– Да уж, – пробасил Фолсом из-за спины Дэвиса. – Не беспокойтесь.
– Что ж, теперь я уж точно буду спать спокойно. – Дэвис потер руки, изображая неумеренную веселость. – Пойдем, парни. Пускай Святоша и его новые друзья спокойно поужинают.
Бугай явно обрадовался возможности уйти подобру-поздорову. Втык замешкался было, сверля неприязненным взглядом Фолсома, но, когда Дэвис коротко глянул на него, покорно двинулся прочь. Солдаты, толпившиеся за спиной у Граффа, расступились, чтобы пропустить троицу. Через несколько секунд до Винтер донесся гулкий хохот Дэвиса.
– Сержант! – окликнул Бобби, подходя ближе. – Вы как, в порядке?
– Да, конечно, – невольно ответила Винтер. Она до сих пор дышала учащенно, и сердце неистово колотилось в груди. Желудок словно стянуло тугим узлом.
– Сдается мне, вам надо прилечь, – сказал Бобби, шагнув к ней вплотную. – Дайте я помогу вам…
Он едва успел прикоснуться к Винтер – она тут же резко оттолкнула его руку. Это был отработанный годами рефлекс, и девушка тотчас пожалела, что не сдержалась. Выражение глаз Бобби напомнило ей щенка, которого пнули ногой. Винтер судорожно сглотнула и расправила плечи, стараясь взять себя в руки.