– Вот кстати, сэр, – подхватил Пастор. – Мы, как я понимаю, захватили у еретиков некоторое количество ездовых и тягловых лошадей. Некоторые наши упряжки изрядно поредели, и нам не помешали бы запасные лошадки. Если бы вы могли…
– Безусловно. – Полковник опять улыбнулся. – И вас не смутит, что ваши священные орудия будут возить лошади еретиков?
– Благослови вас Бог, сэр. Я их живо направлю на путь истинный. Знаете, я ведь каждый вечер на сон грядущий читаю им Писание.
Маркус не знал, шутка это или нет. У командира артиллеристов было весьма затейливое чувство юмора.
Янус усмехнулся.
– Вот и хорошо, – сказал он. – Продолжайте, капитан.
– Есть, сэр! – Пастор истово отдал честь. – Благодарю, сэр!
Полковник двинулся прочь, жестом показав Маркусу следовать за ним. Маркус почти неосознанно зашагал в ногу, замедляя ход, чтобы приноровиться к более коротким шагам Януса.
– Хороший человек этот капитан Вакерсон, – пробормотал полковник.
– Немного с причудами, – отозвался Маркус, – но офицер неплохой.
– Он знает свое дело, – сказал Янус. – Если приходится выбирать между благовоспитанным дураком и человеком с причудами, но знающим свое дело, – я, безусловно, предпочту второго. – Он искоса глянул на Маркуса. – Между прочим, некоторые говорят, что я тоже с причудами.
– Ума не приложу, сэр, с чего бы это.
Янус расхохотался. Маркус не поддержал его, и тогда полковник быстро глянул на своего спутника. Всего один краткий взгляд серых глаз, но Маркусу показалось, что этот человек увидел и прочел все его мысли.
– Ах, капитан, – проговорил Янус, – боюсь, я чем-то вызвал ваше неудовольствие.
– Сэр?
– Если вам хочется что-то мне сказать – говорите, не стесняйтесь.
Маркус собрался с духом.
– Сэр, – неловко сказал он, – мне кажется, это не очень уместно.
– Чепуха. Само собой, что в критической ситуации я жду безоговорочного подчинения, и должен сказать, что в этом смысле вы проявили себя превосходно. После, однако, вы вольны критиковать и распекать меня так, как вашей душе будет угодно. Мою гордость не так-то легко уязвить.
Маркус моргнул.
– Правда, сэр?
– И тем не менее. – Янус выразительно поднял руку и окинул взглядом многолюдный лагерь. – Быть может, нам лучше побеседовать с глазу на глаз?
Палатка полковника располагалась неподалеку. Огюстен впустил их; морщинистое лицо его, как обычно, выражало неодобрение. Едва они уселись друг напротив друга за походным столом, Янус отправил слугу в интендантскую за свежей водой. Маркус подозревал, что он сделал это ради него.
– Сэр, – капитан отважился подать голос, – мы, кажется, собирались заняться делами?
– Безусловно, – согласился Янус, – но вначале, я считаю, нужно расставить точки над «и». Что бы вы ни хотели мне высказать – будьте добры, говорите.
Маркус сделал глубокий вдох и на секунду задержал дыхание. Высказывать свое недовольство старшему по званию шло вразрез с самой основой армейского этикета, не говоря уж о здравом смысле. И однако же Янус сам настаивал на этом. Капитан постарался сформулировать свой вопрос как можно более учтиво.
Везение. Полковник рискнул – и риск оказался оправданным. Но если он и раньше был чересчур уверен в себе, теперь эта уверенность достигнет опасных размеров. Если не суметь ему это объяснить…
– Сэр, – проговорил Маркус, – почему, когда мы столкнулись с пехотой искупителей, вы приказали не открывать огонь? За то время, пока они перестраивались для удара, мы могли бы нанести им изрядный урон. Мы могли бы даже сорвать их атаку. – Маркус сделал паузу, судорожно сглотнул, но пересилил себя. – Мне показалось, что это был… ненужный риск… сэр.
Полковник с минуту молчал, размышляя.
– Риск, – наконец повторил он. – Возможно. Безусловно. Однако ненужный ли? – Он покачал головой. – Вам, капитан, следует уяснить одно: не все ответы на вопросы можно найти в учебнике по тактике. Необходимо мыслить шире. – Он подчеркнул свои слова плавным взмахом руки. – К примеру, всегда нужно учитывать характерные особенности противника. Действительно, нашего нынешнего врага я знаю не так хорошо, как хотелось бы, – будь то ворданаи или, скажем, хамвелтаи, все пошло бы совсем иначе. Тем не менее мне было известно, что перед нами необученные войска, не имевшие никакого опыта полевых сражений. Плохо организованные, ведомые душевным порывом и не обладающие воинской дисциплиной.
– Я бы подумал, что неопытные войска проще будет рассеять огнем большой дальности.