-И каким же образом они его заставили принимать наркотики? – Непонимающе спросил Лин.
-Они замаскировали его под лекарство. – Решительно ответила я. – Император болел астмой. Дворцовые лекари готовили снадобья, которые подменяли на наркотики.
-Ты говорила, что Танталла тоже собираются убить. Не думаешь ли, что его уже травят? – Спросила Шегай.
-Нет. Его и лечить-то не от чего. Танталл здоров как бык. Поэтому и лекарство ему совершенно не нужно. Скорее всего, Танталл просто знает, что его отца отравили. Иначе не стал бы канцлер Рин убивать его одним махом. А поступил бы также как и с покойным императором. – Но всё-таки что-то мешало мне логически завершить эту цепочку.
-Мы должны найти неопровержимые доказательства причастности Рина в убийстве императора и кражи дани. – Произнес Лин. – Правда, сказать легко, а вот сделать как-то не очень.
-Может нам надо как-то разговорить того министра? – Предложила Шегай. Я посмотрела на неё и удивилась, почему эта идея не пришла мне.
-Вопрос. Как? – Подхватил Лин.
-Старый добрый способ. Угрозы. – Строго ответила я. - Найдем на него компромат. Я думаю, это будет не сложно. И если он откажется с нами сотрудничать, просто сдадим его китайскому императору. Пусть ему объясняет, почему дань до правителя так и не дошла.
-А если он не трус? Разве нас кто-то станет слушать в китайском дворце? – Шегай недовольно поджала губы.
-Мы сделаем так, что станут слушать. Во всяком случае, мы обязаны попробовать. – Ответила я.
Мы двинулись на границу, чтобы лучше рассмотреть ту окрестность, которую Рин приобрёл для своих нужд. Но сейчас нам нужен не канцлер, а его тайный помощник в деле об убийстве – министр Фэн.
Сутки верхом на лошади нас заметно изнурили. Сделав привал, Шегай ушла искать питьевую воду, а я разожгла костер и примостилась у корней деревьев. Лин увел лошадей отдохнуть, помыть и дать им воды. Я осталась одна наедине со своими мыслями. За весь путь, что мы прошли, я больше всего этого боялась. Переживания за его величество поглощали меня всё глубже. Затягивали как трясина. Мне было больно, ведь я уже могла сказать, что люблю его, а он мне верил. Надо отбросить все мысли и настроиться на дело.
Ночью мы решили дежурить на случай посторонних на нашей территории. Первой вызвалась стоять на стрёме я. Когда Лин и Шегай заснули, я смотрела на прекрасное звездное небо и представляла, что будет, когда я окажусь в своём времени. Да ладно, что будет со мной – неважно. Я боялась за Танталла. Выдержит ли он мое исчезновение? Отсутствие Танталла в моей жизни скажется на мне. Я это вряд ли выдержу.
За то время, что я здесь провела, я научилась понимать чувства людей. Нашла семью, которая любит и принимает меня такой, какая я есть. У меня есть друзья, которые готовы прийти на помощь и поддержать меня в самых сумасшедший и даже опасных затеях. И самое главное, я нашла здесь любовь. Настоящую, всепоглощающую, но такую недоступную. Эта жизнь - моя сказка, конец которой заранее предсказан.
За три часа, пока я играла роль сторожа, ничего необычного не произошло. По просьбе Лина, я разбудила его, а сама легла на его место. Но не успела я крепко заснуть, как Лин начал резко будить меня и Шегай.
-Вставайте! – В панике звал Лин, пытаясь разбудить Шегай.
-В чем дело? – Спросила она спросонья.
-Сюда кто-то движется, нам нужно уходить. – Шепнул Лин, наскоро собирая все вещи на свою лошадь.
Мы быстро потушили кострище и засыпали его свежей землей, чтобы угли быстрее остыли. Оседлав коней, мы ринулись вон от нашего пристанища и к рассвету уже были недалеко от границы. Вот оно, угодье канцлера! Однако нам нужно пройти мимо него и попасть прямиком в Китай.
Для этого мы еще дня четыре тащили то верхом, то пешком, то лежа. Устали настолько, что потихоньку у Шегай и у Лина остывал энтузиазм. Я их прекрасно понимала, ведь у нас не было даже адекватного плана действий. Не было достаточно провизий и воды. Нам приходилось часто останавливаться, чтобы заправиться самим и отдохнуть лошадям. Но всё же мы добрались до китайской границы! С грехом пополам.
Уставшие, голодные и злые на весь мир, первым делом мы нашли ночлежку. Это было что-то типа современного мотеля. Приведя себя в божеский вид, мы заказали еду и после плотного и сытного ужина улеглись спать.