— Хорошо, детка, — ответил он ленивым, веселым и раздражающим голосом. — У меня деловая встреча будет допоздна. Завтра сходим на свидание за чашкой кофе? — он ухмыльнулся, демонстрируя ровные белые виниры.
Мой желудок скрутило, и я кивнула один раз, прежде чем уйти в спальню. Кровать не застелена. Пит полагался на меня в подобных вещах и никогда не благодарил за подобное. Он привык к тому, что кто-то убирает за ним, ведь вырос с горничной. Вернувшись домой, вина не усилилась. Лишь только высветило ложь, в которой я жила последние пять лет.
Это не было похоже на обман. Ведь женщина, лежащая в постели с Питом, была незнакомкой. Выдумкой, которую я придумала, когда решила, что попробую стать нормальной.
Это не обман.
Это возрождение.
Пит не трогал меня всю неделю.
Я даже была рада этому. Я бы не смогла этого вынести. Не смогла вынести знакомые, мягкие, эгоистичные руки. Он бы трахал меня так же, как последние пять лет. Обычно я кончала, но только потому, что моему телу нравился секс, чертовски нравился даже самый простой секс, и я была одной из немногих женщин, которые могли испытывать оргазм от одного проникновения.
В начале наших отношений мы все время занимались сексом. Мы были ненасытны. Мне его было мало. Время шло, Пит начал все больше заниматься своим бизнесом, стал приходить домой позже и проявлять все меньше интереса. Он не изменял мне, я это точно знала. Он просто слишком забылся. Принимал антидепрессанты, которые снижали его либидо, плотно ужинал, уставал и дрочил в душе, потому что думал, что я не вернусь домой допоздна. Всевозможные оправдания.
Мы ссорились из-за этого. Когда у меня была энергия.
В течение этого года у меня не было сил ссориться или даже беспокоиться.
Я привыкла, потому что поняла, что именно так происходит в отношениях. У меня есть отличный вибратор, который прекрасно меня удовлетворяет. Я фантазировала о том, как изменяю ему, трахаюсь с кем-то другим в нашей постели, пока он не придет домой и не спалит нас. Чем меньше внимания он уделял мне, тем больше начинал раздражать, хотел, чтобы я постоянно ему прислуживала, как будто я его гребаная мать.
Было много вещей, которые мне все еще нравились в этом человеке. Он хорошо относился ко мне, никогда не поднимал руку, он предлагал безопасность на всю жизнь. Он помог моей матери, когда у меня не было другого выбора. Я перед ним в долгу за это. Кроме того, я дала ему слово. Что стану его женой. И я отнеслась к этому чертовски серьезно.
Я сдерживала обещания. Теперь у меня есть моральные принципы, я оставила свое грязное прошлое позади.
И все же человек, имени которого я не знала, разрушил всё. Лишил меня всего доброго, на приобретение которого ушли годы. Он уничтожил личность, которую я создала, которая, как я думала, была прочной, но на самом деле — простой папиросной бумагой.
И мне не было стыдно. Ни капельки.
Я долго не спала после того, как Пит заснул, и думала о руках незнакомца. О его члене в моей вагине, в моей заднице. О его руках на моей шее. То, как они крепко и болезненно обнимали меня, пока я раскрывала свои самые сокровенные секреты. О тоне его голоса, когда он произносил грязные слова, пока он качался внутри меня.
Мои оргазмы были ничем по сравнению с тем, что он сотворил. Я спала рядом со своим женихом и думала о мужчине, с которым я ему изменила.
Я изменилась.
По сути, менее чем за двенадцать часов. Он разобрал меня на части и не дал никаких инструментов или инструкций о том, как собрать себя обратно. Пит ничего не заметил. Потому что он был более замкнутым и самовлюбленным, чем когда-либо.
Я едва обращала на это внимания.
Все, о чем я думала, — это он.
Я не узнала ни его имени, ни номера телефона.
Но я знала, где он живет.
Знала, что он будет в «Bella’s» в ближайшую пятницу. Он сказал мне. Но не просил встретиться с ним. Он просто дал мне информацию, с которой я могла поступить так, как захочу. Не сказал, хотел ли он, чтобы я была там. Но если бы не хотел, он бы вообще ничего не сказал.
Он очень строгий. И мне это нравилось. Нравилось, что в нем была какая-то жестокость. Что он был как мрамор до тех пор, пока не прикоснулся ко мне. Мне чертовски нравилось, что не было никакой нежной ерунды, когда он трахал меня. Никаких комплиментов о том, какая я красивая или какая тугая у меня киска, как я хороша.
Как бы сильно меня ни подмывало пойти и встретиться с ним снова, отчаянно желая снова почувствовать его, я сдержалась. Не из-за обязательств, которые взяла на себя перед Питом… хотя в последнее время на это меня подбивало много обстоятельств. Нет, из-за обещаний, которые я взяла на себя.