Формально я теперь был главой семьи, но у Дона все еще оставалась власть. У него все еще было много преданных, любящих солдат, которые сделали бы для него все, что угодно. Может быть, даже убили бы нынешнего Дона.
Винсенций любил меня. Я это знал. Но в этом деле любовь не имела ничего общего.
— Уверен, что хочешь поступить именно так? — спросил он. И снова ничем не выдал себя.
Я вздохнул, делая глоток из своего бокала.
— Это единственный способ, — признался я.
Винсенций уставился на розы.
— Я знаю, — тихо сказал он. — Для тебя возможность иметь традиционный брак умерла много лет назад.
Это было настолько близко к признанию нашей общей боли, насколько он мог себе позволить. Никто из нас не говорил об Изабелле. Говорить о ней, о нашей боли — значит проявлять слабость. Мы не слабаки. Я знал, что он не забыл ее. Как он мог?
— Мы с Софией с нетерпением ждем встречи с ней, — продолжил он, прочистив горло. — Я думаю, что ей понадобится некоторое время, чтобы… приспособиться.
Я усмехнулся его эвфемизму.
— Я думаю, она уже. Так что давай назначим ужин на завтрашний вечер.
Его кустистая бровь приподнялась.
— О, сынок, ты в беде.
Я сделал еще глоток, думая о том, как щеки Сиенны вспыхнули от ярости, как она пересекла комнату и без колебаний ударила этого куска дерьма.
— Может быть.
Я ожидала, что Кристиан силой затащит меня в свою спальню. Он ясно дал понять, что мы будем жить как муж и жена. Всеми возможными способами.
Но после инцидента с Питом я вышла из комнаты и пошла по коридору, понятия не имея, куда я иду и что с собой делать. Но не остановилась. Я нашла дорогу на кухню и открыла дверцу стеклянного винного холодильника. Какой-то сон, а может быть, гребаный кошмар.
Мои глаза пробежались по этикеткам. Почти все бутылки были импортными. Италия. Франция. Новая Зеландия. Я могла бы потратить больше часа, просматривая их, поражаясь тому, насколько они редкие. Как бы то ни было, я не совсем в настроении удивляться. Я в настроении выпить за свои проблемы. Поэтому я схватила бутылку вина за пятьсот долларов и принялась шарить по кухне, пока не нашла штопор и не выбежала во внутренний дворик.
Опять же, как из сна. Белая мебель для отдыха. Слева обеденная зона. Прямо передо мной бассейн, беседка и шезлонги.
Я нахмурилась, глядя на все это. На закате, когда сгущалась тьма, включались лампы, освещая сад. Мои глаза уловили вспышки черноты. Мужчины. Прогуливаются по территории. С очень большими автоматами в руках. Я была рада это видеть. Пятна на безупречном ландшафте. От этого было невозможным забыть ситуацию, в которой я оказалась.
Я устроилась на диване и стала пить прямо из бутылки.
В какой-то момент появился Феликс.
Его фигура казалась черной на фоне лунного света. Его лицо было бесстрастным, когда он осмотрел меня. Я встретила его взгляд без страха. Теперь, когда мои конечности были восхитительно легкими, а разум — нетрезвым, я решила, что он не убьет меня. Я была в опасности только в том случае, если позволю себе бояться этого человека.
— У тебя, наверное, есть свой стилист, — заметила я, глядя на его обесцвеченные светлые волосы. — По крайней мере, каждые три недели, — продолжила я. — Чтобы корни не были видны.
Его лицо оставалось невозмутимым.
— Кристиан в столовой.
Я медленно хлопнула в ладоши.
— Рада за него. Ты что, теперь его дворецкий? — я усмехнулась. — Ты водитель, наемный убийца и дворецкий?
Феликс по-прежнему никак не реагировал. Это раздражало меня. Мне нужна его реакция. Нужно было встряхнуть его. Каким бы опасным это ни было, я хотела заглянуть за его фасад.
— На данный момент я пришел сказать, что ужин подается в столовой, — заявил Феликс раздражающе ровным голосом.
Я встала, бутылка болталась у меня в пальцах. В какой-то момент я сбросила каблуки, камни согревали мои босые ноги. Алкоголь в организме почти заглушил предупреждающие сигналы, когда я подошла ближе к нему. Он не пошевелился, когда я приблизилась, но его взгляд упал на мои ноги. Платье задралось почти до талии. На мне не было трусиков. Всего несколько миллиметров скрывали мою обнаженную киску.
Его челюсть слегка сжалась, но я увидела это, потому что была достаточно близко, чтобы почувствовать запах. Ах, вот она, реакция.
На меня.
Насколько я понимала, он был правой рукой Кристиана. Что может быть лучше, чем соблазнить этого мужчину? Встать между ними? Разорвать их на части.