Я оглядела ресторан и увидела, что все люди пялятся на меня. Теперь она кричала. Меня это не беспокоило, ведь меня нелегко смутить, но я также знала, что это ресторан моего жениха, и, вероятно, много людей могут сообщить ему о такой сцене.
— Джессика, успокойся, — умоляла я.
Ее лицо сморщилось, как будто она почувствовала запах чего-то гнилого.
— Думаешь, кто-нибудь правда успокаивается, когда его об этом просят? — язвительно ответила она.
Я вздохнула, благодарная появлению официантки с новыми напитками. Это дало мне небольшую передышку, а Джессике возможность отдышаться.
— Я правда думала, что вы найдете свой путь друг к другу, — сказала я ей, когда официантка ушла. — Что в конце концов все наладится. Но жизнь не всегда так устроена. Больше не хочу, чтобы вы кружили друг вокруг друга, и смотреть, как Эйден страдает, пока ты встречаешься с очередным мудаком. Так что информация у тебя есть. Делай с ней, что хочешь.
Джессика долго смотрела на меня. Она думала, переваривала услышанное.
— Итак, когда я познакомлюсь с Кристианом? — наконец спросила она.
— Скоро, — ответила я, встречая ее отрицание своим собственным.
Надеюсь, она никогда не встретит человека, который в настоящее время угрожает ее жизни.
Если они встретятся, значит я потерпела неудачу.
Так почему же, после всего, я втайне желала неудачи?
Глава 16
Кристиан ждал меня, когда я вернулась домой.
Домой.
Я не хотела думать о поместье, как о своем доме. Конечно, не следовало этого делать. Это тюрьма. Ничего больше. Не меньше.
Но мне становилось все хуже и хуже лгать самой себе. Ужин вымотал меня. Сделал все это более реальным. Я откладывала встречу с Джессикой, потому что знала: разговор с ней закрепит всю ситуацию в реальности. Сначала я была уверена, что найду выход из положения, и Джессика ничего не узнает.
Но теперь выход заблокирован. Дорога оказалась намного сложнее, чем я когда-то думала. Не было никаких мыслей о чувствах к Кристиану.
Он был в гостиной. Я могла бы пройти мимо него, в свою комнату, не выплеснув гнев, оставшийся после нашей ссоры.
Но, конечно, не получилось.
— Как прошел твой ужин? — спросил Кристиан.
Он сидел в темноте, несколько мерцающих свечей едва освещали большую комнату.
— А что, шпионы, которых ты разместил в ресторане, не успели доложить? — дерзила я.
Долгий вздох Кристиана эхом разнесся по комнате. Он не ответил, не сразу. Он встал со своего места и медленно направился ко мне.
Я не двигалась, хотя какая-то нелепая часть меня жаждала подойти к нему, прыгнуть в его объятия, как какая-то гребаная героиня в романе.
Но я не героиня. И что бы ни было между нами, это не романтика, поэтому я осталась на месте.
К сожалению, Кристиан остановился, не дотронувшись до меня. Он оставил небольшое расстояние между нашими телами, и я злилась на него за это. Злилась на себя еще больше за то, что жаждала этой близости.
— Нет, Сиенна, — его голос был низким и хриплым. — Я не позволяю людям шпионить за тобой, пока ты общаешься со своими друзьями. Рассказав Джессике, все стало реальным. Теперь я задаюсь вопросом, правильно ли ты приняла свою судьбу. Твое будущее со мной.
Я быстро заморгала, глядя на него в тусклом свете. Дом был погружен в чернильный полумрак, свечи заливали комнату мерцающим желтым светом. Его лицо было скрыто тенью, я не могла ясно разглядеть выражение его лица. Его тон был решительным, твердым.
— Я ничего не приняла, — мой гнев проявился не так, как я надеялась. Потому что я играла свою роль. Делала это плохо. Боролась, хотя уже проиграла.
Или выиграла, в зависимости от чужой точки зрения.
— Да будет так, — пробормотал Кристиан.
Именно тогда я увидела, как что-то блеснуло в тусклом свете. Металл.
Пистолет.
Кристиан сидел в темноте и ждал меня с пистолетом.
Сиенна испугалась, когда увидела пистолет.
Но скрыла это. Если бы я не был так настроен на нее, как сейчас, я бы этого не увидел. Никто другой не увидел бы этого, даже если бы внимательно наблюдал за ней. Ведь любой, кто находился в одной комнате с таким существом, как Сиенна, внимательно, блять, наблюдал за ней.
Я был готов убить каждого из своих людей за то, как они смотрели на нее, когда она вошла в комнату в тот день, когда я отрезал Лоренцо за руку.