Чуть позже в казарму для офицеров завалились Гашек, О-ни, Код и Мирко. Аура отказалась покидать бусик, и теперь все время проводила с Ангелиной. Так звали девятый трофей цирка. Зажатая поначалу девушка, через ласковый голос, хорошую пищу и заботу постепенно раскрывалась.
А затем Шарко познакомила бывшего адепта культа с косметическими средствами по уходу за кожей, ресницами, но больший восторг вызвала демонстрация каталога одежды. Восхищение, недоверие, восторг, слезы. У культа было четыре цвета одежды: воинам-чёрные, руководителям-красные, церковникам-синие. Остальным доставалась и одежда попроще и цвета, называемые естественными. По факту серо-бежевая ткань, грубая и плохого качества.
— А можно мне... — смущённо произнесла Ангелина и тут же прикусила язык, столь кощунственно прозвучала просьба.
— Всё, что захочешь, милая. А ещё мы подберём тебе к трём комплектам одежды подберём обувь и парики.
— Трём?
Пользуясь доступом к сети и особыми полномочиями, Рамзес Шарко спустила месячный оклад на закупку и срочную доставку. Уже через тридцать две минуты прибыл спецкурьер с заказом. Недоверие, которое сквозило все время ожидание сменилось щенячьим восторгом.
Три комплекта одежды! За все четырнадцать лет жизни у Ангелины могло быть четыре. Один до трех лет, второй до шести, третий до шестнадцати, после совершеннолетия девушка получала свой последний перед замужеством наряд. Таковы нравы культа, если можешь делать новых адептов, должна. Под давлением опеки возрастной ценз поднялся с четырнадцати.
Подросток готов был общаться н любые темы, избегая Культа и встречу с Красной королевой. Тогда Шарко прибегла к последнему варианту, исключающему давление или угрозу.
— Жаль, что остальным свидетелям вашего божества повезло меньше, чем тебе. Очень надеюсь, что им смогут помочь.
Руки дрогнули у Ангелины после этих слов. Впервые девушка вспомнила о других.
— А что с ними?
— Мальчик, который бросился первым защищать гнездо совсем плох. Не может говорить, ходить, да и в целом, поражение жучками выжгло его нервную систему.
— Олаф? Он герой! — с придыханием ответила девушка.
— Ваше бегство из подвала высотки, после удара с небес, когда вы спустились в метро и отравили живущих там крыс. Они развязали войну с поверхностью и в ближайшее время будут перебиты. Из всех десяти лишь ты, спасшая яйцо, удостоилась чести остаться в сознании.
— Яйцо?
— Да. Ту черную вещь, что ты успела выркать из гнезда и спрятать в святилище.
— Это... Не яйцо...— нехотя отозвалась Ангелина. — И не гнездо.
— Ой, я такая глупая в этих вопросах! — призналась Шарко, а затем забавно махнула манипуляторами, разбирая второй комплект. — Давай попробуем следующий наряд, а ты попробуешь мне обьяснить!
Девушка долго перебирала ткань рукой, не решаясь поведать свою тайну, но ярко-фиолетовая ткань с забавным названием "Флирт" манила своей текстурой, глубоким цветом. А совсем рядом с ней, скомканной тряпкой, годной, разве что, протирать полы, накидка послушника. Бесправная девка, годная рожать детей и трудиться на фереме. И культистка упала в сладкие волны соблазна. Крылья ангела осыпались пеплом по бархатистой текстуре наряда.
— У детей должно быть детство, милая. Примерь...
Ангелина очнулась. Медленно, выплевывая слова, она делилась самым сокровенным.
— Это плод. Каждый из нас организовал пару. Не по принуждению или воле отцов. Олаф был с Вероникой , Мария связала себя с Генрихом, Марта и Густав. Сикурд и Брунхильда. Я и.... Альберт. Мы жили одной семьёй, растили потомство. А когда количество "детей" достигло нужного количества, Мария вдруг родила абсолютно не похожее "дитя". А потом пришли злые дроны и выкрали слугу и семена.
— Матку и оотеку, — чуть слышно перевела для себя. Внезапная догадка озарила Шарко. — А пары... Вы менялись партнёрами, чтобы...
— Конечно! А как иначе перебрать все варианты? От одного партнёра больше слуг, от другого защитников. Но это не грех, так сказала Красная Королева. Мы семья. Мы первые из многих! В новом мире все болезни, горе и смерти уйдут в прошлое. Все общее и ничье! Дети всегда будут под присмотром, чтобы не случилось. Плод Марии сохранила я, защищал меня партнер Марты, все радости и тягости делились на всех.
Незримой тенью Михаил наблюдал за отличной работой Шарко через камеру присутствия. Красный индикатор горел режимом "инкогнито", но все же кольнула мысль о неправильности такого способа получения информации. Смотреть, как худощавое бледное тело с синей сеткой вен оголяется, демонстрируя ринуальные шрамы на теле, а затем превращается из гусеницы в бабочку.