ЧЕРЕЗ ЧАС У ТЕБЯ ДОМА
БЕЗ ВОН
ОК
Я перевернулась на спину, высвободила ногу из-под живота Рейчел и потянулась, потирая глаза, с одной мыслью – нужно было выпить воды перед сном. По крайней мере, купальник был со мной, так что не пришлось бы идти за ним домой.
Я уставилась в потолок и начала моргать, однако когда мои глаза вновь с усталью закрылись, и я все же присела, зевнув. Я отправила маме сообщение: предупредила, что пойду на озеро с Калебом и приду домой позже, а затем направилась в ванную Вонни принять душ.
Мне не нужно было разрешение. Дом Вонни был моим вторым домом и наоборот. Летом я могла принимать душ у нее так же часто, как делаю это у себя. Я могла пользоваться ее шампунем, бритвой, в общем всем. Это было одним из тех плюсов, которые ты получаешь, если у тебя есть лучшая подруга вроде Вонни. Ее такие вещи не беспокоили.
Мама ответила мне – НАПИШИ, ЕСЛИ БУДЕШЬ УЖИНАТЬ С НАМИ – когда я уже пробралась в ванную. Я включила воду, стянула одежду, и краем глаза уловила свое отражение в зеркале.
Зеркало.
Боже мой.
Мой живот скрутило, словно воспоминания заполнили меня, слабые и отрывистые, как фильм, который я выдела много лет назад и не могла толком вспомнить. Но я знала, что сделала. Я отправила Калебу свою фотографию. Позирующую голой.
Мои глаза в сомнениях искали зеркало. В этот момент я окончательно проснулась.
Я чувствовала себя такой уязвимой. Но в хорошем смысле. Если ему понравилось. Господи, хоть бы ему понравилось. Наверняка эта фотография удивила его. Часть меня, все еще не могла поверить, что я сделала это, однако другая, была в радостном предвкушении.
Я закрыла глаза. Меньше часа. Меньше, чем через час я увижу его.
Я забралась в душ, с глубочайшей надеждой, что он оценил отправленное ему фото. О другом я думать и не могла.
− Итак, у тебя есть что-нибудь под одеждой, или ты собираешься плавать голышом? – поинтересовался Калеб, показывая на светло-желтое платье, которое я одолжила из гардероба Вонни.
Я покрылась румянцем. Кровь приливалась к лицу, от чего уши становились горячими.
− Ты никогда не узнаешь.
− Конечно, нет, − ответил он, завел грузовик и отъехал с дворика Вонни, улыбаясь, − Ты полна сюрпризов.
Теплота разливалась по всему моему телу. Он выглядел счастливым, что гораздо смягчало обстановку.
− Тебе понравилось?
Он посмотрел на меня с выпученными глазами.
−Ты шутишь, да?
− Ну, я не была уверена. Рейчел и Вон уговорили меня сделать это.
Он потянулся ко мне и наши пальцы переплелись.
− Напомни мне поблагодарить Рейчел и Вон.
Я чувствовала, как все во мне покалывает, отчасти от своей испорченности, отчасти от облегчения.
− Я волновалась, что ты сошел с ума. Или возненавидел меня.
Он захохотал.
− Сошел с ума.… Это не совсем то чувство, которое я испытал. Скорее, я бы хотел быть на той вечеринке, чем в дурацкой пиццерии с командой.
Я ухмыльнулась. Миссия выполнена. Мне удалось привлечь его внимание. Я доказала ему, что у меня есть кое-что, чего те парни предложить не могут. Я уже представила себе, как он сидит за липким столом, все те потные парни неуклюже пережевывают пищу и рассказывают глупые шутки, а потом приходит то самое сообщение. То самое, которого он точно не ожидал. Его брови вздымаются, и он уже не в состоянии проглотить кусок пиццы. Я представила улыбку, которая расплылась по его лицу, в моем воображении, когда один из ребят заметил это, Калеб сказал: «Ничего, просто сообщение от Эшли». Я наслаждалась этой картиной. Выглядело так, будто я выкроила момент с ним, которого и не должно было быть вовсе.
− Я тысячу раз пересматривал его ночью, − произнес он, − Ты и в правду меня поразила.
Именно этого я и хотела.
Какое-то время мы ехали в молчании, наши руки так плотно обвивали друг дружку, что даже вспотели. Мы набили холодильник содовой и сэндвичами, потом остановились у его дяди по дороге на озеро, чтобы взять лодку. Весь день мы провели на воде: слонялись вокруг, лежали под солнцем и купались. Я растянулась на носу лодки, когда Калеб посмотрел на меня так, как никогда раньше. Мы остановились в какой-то отдаленной бухте, чтобы перекусить, однако наши сэндвичи и содовая перегрелись, поэтому вместо перекуса мы целовались, наши тела словно переплетались, а его руки начали гладить мое тело и нащупывать под купальником.
− Ты такая красивая, − прошептал он, зарываясь в моих волосах, − Лучше бы ты не отправляла мне этой фотографии.