разорвал письмо, избавляясь от накопившегося раздражения.
Император в нём победил отца. Но именно тогда, когда Манделас уговаривал себя
поменьше жалеть Мелодлин, то ещё сильнее чувствовал свою любовь к ней. « Простых
времён не бывает» - иногда говорил Гларвинн и все с этим соглашались. Ведь даже так
называемый золотой век — стечение обстоятельств в сочетании с огромной, тщательно
проделанной работой. Глируфокс пристально следил за происходящим, но он не знал об
эримгемских паладинах, тайно приезжавших в Империю. Даже император не знал, как
продвигается дело. Он обязан отправит стражников на проверку. А наутро в тронном зале
стоял Допен. Полукровка поклонился:
- Ваше Величество, для меня большая честь...
- Не нужно раскланиваний и подлизываний! - прервал его Манделас. - А теперь излагайте суть.
- Моя супруга Элоина Келль — член Гильдии Алхимиков, а член Торговой Гильдии. То
есть мы в любой момент могли прийти друг к другу на совет и законно помогать. Я не могу
ругать взрослого мужчину за принятое решение, зато в моих силах уговорить его передумать.
- Это действительно так легко?
- Глируфокс хочет сам пожертвовать на сирот. Но за это ему нужен Гларвинн на месяц.
Эту идею воплотила в жизнь покойная Ларика - «одалживать» Хранителя верным,
проверенным союзникам. Манделас и Гларвинн долго спорили, но в конце концов
согласились с тем, что союзникам нужно помогать не только деньгами и едой, но и воинами.
Император тяжело вздохнул:
- Очень жаль, но я ничем не могу помочь. Он уехал. А вот что касается сотрудничества
Гильдий, вынужден вас разочаровать: я намерен прекратить это. Теперь все движения
товаров будут проходить через моих помощников. В Империи нет места казнокрадству и
контрабанде! Вон отсюда!
Глаза Манделаса яростно сверкнули тем блеском Тоирвелей, который блестел во взгляде
древних сказочных героев. Из дворца Допен вышел с видом побитой собаки. Дюлан с
сочувствием спросила:
- Не получилось?
- Не получилось! - шумно выдохнул он.
- Всё будет хорошо, - эльфийка изучала любимое лицо. - Я знаю, что в моих силах совсем
немногое, но у меня есть одна тайна.
- Дюлан, я сейчас не хочу... - начал было Допен, но любовница приложила к его губам палец.
- Успокойся, я не это имела в виду. Я всего лишь бывшая проститутка, к тому же уроженка
человеческой страны и могу оказаться шпионкой, - Дюлан хитро улыбнулась.
- Узнала что-нибудь? - буркнул Допен.
- Конечно! - как бы ей ни хотелось обнять любимого, она не смела подвергать сомнению его
репутацию прекрасного семьянина. - Я проходила мимо заброшенной лаборатории, помнишь, ту, что в посёлке на Ладрии? Так вот, я слышала о тамошнем хорошем лекаре и
решила сходить к нему на осмотр.
- Почему ты мне ничего не сказала? Я бы нанял тебе извозчика! - возмутился Допен и
опустил глаза на живот: Ты содержанка, а он бастард, но от этого я только обязан ещё
сильнее любить вас.
Он обвил любовницу одной рукой за талию, а сам смотрел куда-то вдаль. Мельком
заглянув в его лицо, Дюлан не могла не заметить полные отчаяния глаза Ощущать себя
тенью влюблённого в другую стало не просто трудно — от этого немела душа. Обида на
его равнодушие смешалась с ненавистью к Элоине, заставившей страдать своего мужа.
Дюлан открыла рот для серьёзного разговора, но передумала.
- Ах, вот вы где! - раздался женский голос.
Любовники испуганно обернулись. Элоина стояла возле столба, держа за руку... Элироуза.
Невзирая на присутствие двух беременных женщин, стало ясно, что скандала не избежать.
Сердце Допена разделилось надвое от ревности. Что поделать, он до безумия
любил свою красавицу-жену. Вне себя законный муж бросился на любовника:
- Опять ты?! Я же предупреждал, чтобы ты даже думать не смел о моей жене! Что ты здесь делаешь?!
- Помогаю беременной женщине, чей муж ушёл развлекаться с другими, - Роу оттолкнул
Допена. - Мы никогда не были друзьями и можем разобраться по-мужски, проявить
кристальную честность. Впрочем, честность — это не про тебя.
- Если ты попытаешься ударить меня, тут же угодишь за решётку, - язвительно предупредил
полукровка. - Кстати, угрожать ты тоже не имеешь права.
Допен грубо схватил Элоину. Супруги быстро ушли без сожаления и оглядки. Элироуз
мрачно посмотрел им вслед. Любимая нарочно подстроила всю эту ссору, она долго
уговаривала проводить её, не объясняя причин. И вот что вышло. Спаситель жизни
принцессы мог попросить что угодно — но только не замужнюю женщину. Манделас