Баронесса Шихрид
Утро оказалось не холодным, но и не тёплым, скорее невероятно бодрящим. Дераифа выглянула в окно и увидела, что Гларвинна нет. Королева не знала, что вчера вечером Неренн приказал отвести коня к себе в конюшни, дабы заполучить благословенное Баэной потомство. Манделас и Гларвинн не возражали.
Они одновременно вышли друг другу навстречу и с печальной задумчивостью посмотрели друг другу в глаза. Гномиха взяла эльфа за руку:
- Итак, начало... положено. Вы сделали свой выбор, как и должен мужчина. Но что делать мне?
Манделас ничего не ответил. Опустив голову, он стоял, как мальчишка.
- Мечтаете ли Вы о чистокровном эльфийском принце? - задала Дераифа неожиданный вопрос.
- Да.
- Вот видите, а я должна родить наследника Феравии. Думаю, ответ напрашивается сам собой. Нам нужно держаться подальше друг от друга.
Он поднял голову и крикнул:
- Я тебе нравлюсь?
Королева, уже собравшаяся уходить, резко обернулась. Она покачала головой, сверкнула глазами и ушла. Желание любить её у Манделаса не угасло, жажда сохранить собственную гордость тоже. Но как добиться взаимности? Этого он не знал.
* * *
Допен разбирал бумаги. Элоина сидела в кресле. Перед ней на подносе стоял кувшин и двенадцать крохотных стаканчиков белого, лилового и розового цветов, но женщина словно ничего не видела. Дети ещё спали, а значит, у их матери было время подумать. Слёзы текли по щекам, но Элоина не обращала на это внимания. Бедный Роу находился очень далеко, но призрак прошлого из души не стирался. Она не смела рыдать вслух, ведь в комнате сидел муж. Элоина перевела взгляд на Допена. Ненависть к нему нахлынула с новой силой. Эльфийка собралась с мыслями, резко вскочила и подошла:
- Дорогой, мне нужно съездить в Ладраэль!
Он посмотрел на жену с каким-то странным сочувствием, от которого у неё по спине побежали мурашки. Может, обо всём догадался? Допен выдохнул:
- Ну что с тобой делать? Езжай.
Элоине даже стало немного обидно, что тот, кто признавался ей в любви, с таким равнодушием отпустил её. Значит, разлюбил. « А ведь он ни в чём не виноват, - мелькнула жалостливая мысль. - Я могла бы не спать с ним!» Уже с мешком в руке и в дорожном платье Элоина пошла к выходу. Открыла и ахнула.
Перед ней с мечтательной улыбкой стояла принцесса. С ушей Мелодлин свисали серьги в виде гроздей винограда, шею украшало нечто с теми бусинками и такое же кольцо.Вместо своей тяжёлой косы девушка заплела модную в Эримгеме причёску. А ярко-красное платье подчёркивало узкость её плеч. Даже не поздоровавшись, Мелодлин спросила: