Лармарена. Как только он с невестой ушёл, на деревню тут же обрушились орки, идущие
по его следу. С жителями церемониться не стали — скот увели, детей и молодых женщин
забрали в рабство, а остальных убили, оставив после себя сожжённые дома.
Тогда она точно знала, чего хочет от Ларми, использовала все имеющиеся в её
распоряжении средства и победила. Молодая женщина сомневалась, нужен ли ей старик.
В конце концов, любовник не муж и отношения с ним никогда не будут полноценными, а тем
более счастливыми. Но, с другой стороны, она ведь уже согласилась. Принцесса могла сама
не знать, что предлагала — в Империи свободные нравы, никакого осуждения! Всё это могло
зайти слишком далеко и причинить боль слишком многим, в первую очередь среди которых
оказалась бы она сама. И тут в голову пришла спасительная мысль: занятия в Академии!
Квейрил холодно произнесла:
- Очень сожалею, но я должна уйти.
- Надеюсь, мы ещё увидимся.
- Какая-то странная девушка, ты согласен, дорогой? - спросила Илоиза, когда Нериен
вернулся за стол.
- А кто, по-твоему, обычная девушка? - барон ответил вопросом на вопрос. - На свете нет
двух одинаковых людей. Полагаю, тебя это не удивляет, милая?
- Разумеется, нет.
Выйдя под прохладный дождь, Квейрил почувствовала облегчение. Как давно у неё не было
человека, с которым можно просто поговорить по душам! Кроме Лабели, в её жизни никого
не осталось. Сестру в монастыре она не навещала — времени не хватало. К тому же
зарабатывание уважения — тяжкий труд, при котором нельзя показывать себя слабой. По
крайней мере жизнь в Фалленме оказалась насыщенной: утром работа, к полудню занятия,
вечером хозяйство. Некогда было даже присесть передохнуть.
* * *
Ноги сами принесли молодую женщину ко двору Академии. Сегодня
здесь более людно, чем обычно. Платный приём учеников продолжался, но занятия уже
начались. Квейрил набросила сверху ученическую форменную мантию и зашла внутрь.
Эльф, стоявший в самом конце безлюдного коридора, привлёк её внимание. Он был
красавцем — тонкий носик, большие карие глаза, светлые волосы. Незнакомец нахмурился,
она ухмыльнулась и пошла к нему:
- Вы тоже ученик Академии? Приятно познакомиться. Квейрил Фелузан.
- Карлен Герстен.
Она не секунду замерла, боясь поверить в услышанное. Неужели они здесь? Не может быть.
К счастью, Квейрил хватило ума не показывать, что знакома с Полосатыми масками. Зачем
вражда? Она и так ходит по лезвию ножа. Ни Квейрил, ни Карлен так и не успели больше
ничего друг другу сказать, потому что прогремел гонг, зовущий к началу занятий.
В зал вошёл худой высокий мужчина в мантии весьма странного цвета — сочетание
зелёного, голубого и серого цветов. Его длинный нос напоминал клюв ворона, а голубые
глаза излучали холодную печаль. Он ничем не пытался прикрыть свою лысину, видимо, не
стеснялся её.
- Доброе утро, мои ученики!
- Доброе утро, господин Тельмер!
- Как я уже упоминал, в этом году объявлено соревнование на место лучшего ученика года. К
этому почётному титулу прилагается награда: десять золотых и свободный доступ к библиотеке, лаборатории и мастерской в любое время дня и ночи.
Что ж, это была достойная награда. Ученики с интересом переглянулись. Правила допуска к
дополнительным занятиям, а тем более практики, создавали не тольео безопасность
учащихся, но и массу неприятностей. И теперь кто-то получит законное право от этих проблем избавиться.
- Лучшего ученика мы определяем по нескольким показателям: алхимия, рунный язык,
врождённый талант, умение им пользоваться и, разумеется, практическая часть. Мы уже
выделили двух главных претендентов. И сейчас я приглашаю выйти их сюда, ко мне. Квейрил Фелузан, наш лучший алхимик, знаток рунного языка и составитель ритуалов.
Не веря своим ушам, она вышла вперёд — молодая, полная желаний и планов колдунья.
Квейрил думала, что готова ко всему. Оказалось — нет.
- А второй — очень способный юноша, я лично проводил с ним занятия, - с гордостью
объявил учитель. - Встречайте — Карлен Герстен, владелец таланта, которому нет равных!
Тельмер выдохнул это так, словно сам преклонялся перед собственным учеником. Квейрил
стояла по правую руку учителя, Карлен — по левую. Они успели обменяться ненавистными
взглядами. Многие становилось ясным. Конечно, это было ещё далеко не всё, но более чем
достаточно, чтобы начать составлять собственную картину происходящего. Церковь, как и