является законным сыном! В сердце Квейрил потоком хлынула жалость. «Бедный Нериен,
как она могла ему изменять, ведь он милый и добрый человек! - мысленно возмущалась
Квейрил. - Ах, будь я на её месте... « И тут же будто очнулась, заметив вопросительный взгляд Мелодлин. Всего за пару мгновений Квейрил вновь стала острой как нож:
- Если честно, я ему не верю. Все эти слезливые сказочки прибереги для дураков! Говори,
как моя подруга оказалась в плену у этих!
- Когда она потеряла сознание, я испугался и спрятал её в подвале, - Аловен дрожал от
ужаса. - А у нас там дверь, которая всегда заперта. Возможно, кто-то проследил за мной!
Его глаза была настолько умоляющими и честными, что сердце Лод тоже растопила жалость.
Руки сами собой разжались, принцесса выпрямилась и, глядя в сторону, произнесла:
- Отпусти барона, я хочу ему поверить.
- Ты уверена? Пойми, поверить и хотеть поверить — это настолько разные вещи, что ты
можешь разрушить всё до основания. Слышишь? Всё!
- Успокойся, я не собираюсь расслабляться до конца, - жёстко сказала Мелодлин.
Она была прирождённой правительницей и Квейрил подчинилась, скрывая досаду. Молодая
женщина почти забыла о клятве отомстить Лармарену, ведь в свете нынешних событий она
должна была думать о спасении своей жизни.
Лод не забыла о любимом и переживала за него. Останутся ли они вместе? Это во
многом зависит от неё. Принцесса не смогла бы терпеть унижения возлюбленного, но и
разлука с ним мучила не меньше. Ларми она нашла сидящим на полу рядом с диваном.
Мелодлин заподозрила жениха в безумии. Словно угадав её мысли, он странно улыбнулся,
голубые глаза виновато забегали:
- Любимая, давно хотел тебе сказать — у меня появилась истинная вера.
- Какая ещё вера? О чём ты говоришь?
Она делала вид, что сердится, но на деле была напугана и растеряна до невозможности.
Девушка стала поднимать Ларми, он не помогал, а потом полез с поцелуями. Лод хотела
оттолкнуть его, столь странное поведение ещё больше напугало её, но вдруг она уловила
слабый запах травы, исходящий от его губ.
- Что с тобой? - вырвалось у Мелодлин.
- Ничего. Я в полном порядке, - отвечал эльф удивлённо. - Хорошо себя чувствую, ничего не
пил. Зачем ты беспокоишься?
- Затем, что я хочу видеть здорового мужа, а не хранить память о погибшей любви.
- Так значит, мёртвым я тебе не нужен?
- Мне — не знаю. А вот отцу моему — точно нет. Он не позволит своей единственной
наследнице остаться старой девой.
Эти слова и резкий тон привел Лармарена в чувство куда лучше, чем пощёчины Лабели. Взгляд стал серьёзным и печальным. От радости Мелодлин всхлипнула, нежность горячими слезами полилась по щекам. Девушка крепок обняла возлюбленного и прошептала:
- Потерпи, любимый, ещё немного и я буду твоей женой. Ты счастлив?
Лармарен молча погладил Лод по щеке. Время изменило обоих, запутало и истончило нить,
связующую родственные души. И всё же радость от встречи волнующей дрожью пульсировала в сердцах, растворяясь в невесомости проблем и серой обыденности. Ещё один поцелуй, ещё пара минут — и любовь вновь отступила, стала привычкой. Трудности неумолимо окружали их. По-прежнему прижимаясь к плечу Ларми, Лод сонно спросила:
- Так что у вас произошло? Я слышала, было большое нападение на склад.
- Тебе известно больше, чем мне, - лениво ответил Лармарен. - Ученикам они ничего не
рассказывают. Даже на улицу выпускают не всегда.
- Интересно, победили бы они друг друга без таких шпионов, как мы с тобой? - подумала
вслух Мелодлин.
- Да какие мы шпионы, милая! Обычные воины.
- Воины и войны бывают разные. Так что за вера, о которой ты говорил?
- Тебе ещё рано знать, ты непосвящённая.
Тревога неприятным холодком кольнула девушку, но она ничего не ответила. Неужели
любимый пытается её обмануть? Но... нет, сердце не ёкнуло. Никаких предчувствий и
сомнений. Доверяла ли она Квейрил? Может быть, по крайней мере, уважала за ум и
хитрость.
* * *
Риден не испугался, застав в своей комнате Квейрил. Подкравшись сзади, он
прикоснулся к её шее металлическим когтём:
- Не думай, что тебе удалось запугать меня. Айви всё знает, наша тайна больше не опасна. А
вот ты будешь многое объяснять или умрёшь.
В подтверждение своих слов убийца оставил на предплечье неглубокие царапины от трёх
когтей. Она стиснула зубы от злости — теперь придётся прятать эти следы, а то ещё примут
за оборотня и убьют. Квейрил прошипела: