ожидании приговора. Нериен для себя уже всё решил. Старый барон небрежно погладил
любовницу по голове и ответил на немой вопрос:
- Любовь моя, послушай меня, пожалуйста. Я не могу снять кольцо, выгнать законную жену
и сделать вид, что её нет.
- Так чего ты от меня хочешь? - Квейрил сорвалась на крик. - Будешь спать со своей жирной
старухой или выберешь игрушку для постели?!
Она оскорбила сразу и себя, и Илоизу. Но мягкосердечный старик не согласился с тем,
что может сейчас потерять любовницу и принялся уговаривать:
- Ты же опозоришься! Я не смогу делать то, чего хочу, потому что ты будешь жалеть!
- Жалеть? О чём? Ты меня ещё мало знаешь, милый — я не оглядываюсь ни на чужое мнение, ни на своё прошлое. - Взяв Нериена за руку, Квейрил поклялась: Я буду любить тебя любым.
Он грустно улыбнулся, поцеловал её и стал одеваться. Она лежала с закрытыми глазами, но
не спала. Юная колдунья решилась на прыжок в мутную воду. На сей раз Квейрил решила
не упустить своего неожиданного счастья.
Айви собирал сумку с необходимыми для визита в другие церкви бумагами. Порой,
только теряя кого-то, начинаешь в полной мере осознавать, что твоя жизнь без него не имеет
смысла. Он замкнулся в себе, почти не отвечал на вопросы и не стремился вмешиваться в
события. Бирюзовые глаза погасли, на лице застыла маска безразличия. Брат Тоба помогал
ему как мог. Они много разговаривали о его семье. Получив помощь вместо осуждения, Айви
почувствовал себя немного лучше, хоть и не оправился до конца после потери жены. Лабель
сопровождала их по монастырям вместо всё более странно ведущего себя Лармарена. Ларми
ни с кем не хотел встречаться — ни со старыми друзьями, ни с возлюбленной, которая могла
разоблачить себя этими визитами, но всё равно ходила, повинуясь зову своего сердца.
В этот раз Мелодлин пришла не к любимому, а к Айви. Чёрные глаза хранили следы боли и
обиды, они покраснели от слёз. Слова оказались лишними. Эльф молча обнял свою принцессу, она в ответ зарыдала ещё громче:
- О боги, ну почему он так со мной? Я пришла к Лармарену, а он заявил, что я презираю его и
такая высокомерная ему не нужна!
Мелодлин не владела собой, она не могла произнести больше ни слова, потому что тряслась
от беззвучных рыданий. Айви был ошеломлён, он не думал, что Лод настолько любит жениха. Он не знал, плакать или смеяться и потому мысленно проклинал Ларми. С того
самого дня, как тот признался в измене, дружба треснула.
Айви начал подозревать, что Квейрил бросила сестру, но побоялся говорить на эту тему с
Лабелью. Как можно озлобить это невинное дитя?! Когда Мелодлин успокоилась, то
рассказала то, что присутствующие меньше всего ожидали услышать.
- У меня ужасные вести, - встревоженно начала она. - Допена неизвестные заказали
Стальным когтям. Его нашли утром изрезанным прямо на улице.
Лабель охнула и села на пол, Айви побледнел. Лод посмотрела на них заплаканными глазами
и улыбкой, полной собственного достоинства — настоящая императрица. Затем девушка отвела взгляд в сторону и шёпотом продолжила:
- Он без сознания и неизвестно, выживет ли. Элоине я письмо отправила. Кто-то должен до
её приезда позаботиться о детях!
Принцесса вопросительно взглянула на них, Лабель почувствовала решимость, словно сила
Мелодлин каким-то магическим образом перешла к ней и вызвалась идти. Айви с
беспокойством смотрел им вслед: волнение мучило его. Они шли по притихшему Фалленму,
крепко держались за руки и прислушивались к каждому шороху. Обе молчали, погружённые
в собственные мысли. Одиночество морозящим страхом опутывало принцессу. Луна светила
ярко и всё же девушки упустили тот момент, когда попали в засаду. На их лицах были маски
с золотистыми узорами.
- Тебе следовало бежать на край света, дура, - презрительно отрезал мужской голос,
принадлежавший вышедшему вперёд.
Лод прошла в круг света, с притворной скромностью опустив глаза. Между рыдавшей полчаса назад в монастыре девушкой и этой хладнокровной убийцей со злорадным блеском
в глазах пролегала огромная разница. Зашелестел вынимаемый меч, блеснул металл и
началась битва. Одна из причин, по которым Мелодлин добивалась успеха — её вера в себя
и готовность терпеть. Кружась в стремительном танце смерти, она отпускала яростную
радость, сливалась с оружием воедино. Когда последний рухнул к ногам победительницы,
она спрятала меч под платьем, обернулась и... улыбка сошла с лиц. Лабель исчезла. Мелодлин уже поняла, что девушку похитили, но на всякий случай проверила ближайшие