Грозной принцессе, ни Гларвинну. Дераифа же и не пыталась блистать: во-первых, здесь она
привлекала внимание, как коричневый гриб среди ярких цветов, во-вторых, она предпочитала работу и на праздниках скромно стояла у стены.
Гларвинн отпил немного воды и продолжал взволнованным шёпотом:
- Я недавно навестил Лармарена. Бедняга в ужасном состоянии, всё твердит, что вернёт
любимую женщину.
- Хм! Интересно, как! - хмыкнул Хеннел. - Он понимает, что испортит ей жизнь! Кому нужна
безвольная императрица?
- Да, ты прав, - окончательно приуныл единорог. - Эх, что ж теперь будет-то?
- Не грусти, - дракон выдохнул тучу дыма, провёл когтём по золотой гриве и опустил голову
на лапы. - Нет таких проблем, которые невозможно разрешить, ты же знаешь. Держись и
Мелодлин поддерживай, а я улетаю — Глируфокс наверняка волнуется.
* * *
Квейрил вошла в ворота Фалленма и остановилась, вдыхая его ароматы. Этот город разбил
ей сердце и поглотил по-девичьи робкую мечту. Произошло то, чего она не могла представить в страшнейнем кошмаре — гибель Илоизы пробудила в сердце старика любовь
к супруге. Раскаяние настолько мучило Нериена, что он не мог как ни в чём ни бывало
продолжать отношения с любовницей.
Ноги сами понесли молодую женщину к поместью. Барон стоял на балконе. Отсюда
Квейрил легко смогла рассмотреть морщинки на его лице, цвет платочка и отсутствие кольца
на безымянном пальце. «Ему очень одиноко, - с горечью думала она, - и в этом виноваты мы
обе. Испытывает ли Мелодлин чувство вины? А он?» И, словно услышав немой вопрос,
Нериен повернулся. Любовники смотрели друг на друга и страдали вместе. Любовь
томилась в груди Квейрил, требуя выхода. Она ощущала острую, невыносимую боль,
которую сама же и причинила. Страх оказался сильнее любви, но молодая женщина не
хотела уходить: по глазам старого барона она видела, что нужна ему. И почему так получилось? Мечтала о богатом красавце-дворянине, молодом, который имеет сил согревать
её по ночам, а получила вот такого. Остекленевшими глазами Квейрил наблюдала за тем, как
Нериен нагнулся и тихо спросил:
- Это ты?
- Да, я.
- Ну, заходи.
Молодая женщина в нерешительности стояла на пороге и не смела поднять глаз. Барон
коснулся ладонью её щеки и заглянул в глаза:
- Ты скучала по мне, правда? Скажи, что скучала!
- Я люблю тебя, - в голосе Квейрил сдавленно задрожали накипевшие чувства, - Мы должны
решить, как нам жить дальше.
Сказала и замерла. Он мог выгнать её в любую минуту и имел на это полное право.
- Всё очень непросто, - барон скрестил на груди руки.- Для начала я должен признаться, что
погорячился с обвинениями. Ведь я знаю, что ты меня любишь. Не хочу оскорблять ни тебя,
ни твои чувства, но влюблённая женщина способна на ужасное. Сразу после похорон
Илоизы друзья рассказали мне о делах, в которых была замешана моя жена. Я хочу любить
тебя и быть с тобой, но прости меня за скорбь по Илоизе. Мы всё-таки не чужие люди. Жизнь прожита, дети выросли, но я не могу забыть прошлого.
Квейрил не могла не понять, ведь любила впервые в жизни и до безумия. К тому же
оставалась тайная надежда, что после траура барон всё-таки на ней женится.
* * *
Волны грубо толкали корабль в бок, льстиво поглаживали снизу, убаюкивали плывущих.
Месяц и звёзды изчезли за стеной туч, оставив « Гордость Грифона» один на один с чёрной
бездной. Одна особо высокая волна безжалостно швырнула корабль на скалы. Мощный удар,
отвратительный треск — и все в ужасе забегали. Усилия моряков оказались тщетны — на
лодках и обломках погибшего корабля выжившие отправились в путь. Когда начало светать,
они нашли берег и с всеобщим вздохом облегчения устроились на ночлег. Мелодлин заснула
прямо на песке в обнимку со своим знаменитым мечом, а Хидер сидел рядом и не сводил с
неё глаз. Страх переступить через себя прежнего и растоптать её любовь не дал воспользоваться своей властью и затянуть Лод в постель полтора года назад. А теперь она настолько сильно пожелала мести, что никого не стала спрашивать. Настоящая женщина-стрела: быстро, ломая всё на своём пути и точно в цель. Он с самого начала побаивался излучаемой ею решимости. Пожалуй, нежной женщиной Мелодлин оставалась лишь во сне.
А наутро принцесса вместе с капитаном затонувшего корабля взяли командование
на себя. Они несколько раз осматривали местность с высоких точек, сравнивали её со