Но чтоб немного подсластить брату пилюлю, Шелд передал полученные от своей шпионской сети безрадостные новости. Сирил Дармент в самое ближайшее время устроит дворцовый переворот. Для этого из Кера по его приказу прибыл дополнительный отряд в почти пол тысячи рыл. Винсента он предупредил заранее, объяснив необходимостью усилить столичный гарнизон верными людьми в условиях начавшегося смущения умов.
-----------------
[1] "за миску чечевичной похлёбки" - ссылка на библейскую историю об утерянном первородстве.
[2] зиц-председатель — наёмник со стороны, осознанно занимающий место ("сидящий в кресле") реального председателя с единственной целью — отвлечь от него внимание, а при случае — сесть в тюрьму вместо своего работодателя. Собственно, само название образовалось от немецкого sitzen, "сидеть".
[3] "нахалстрой" - кварталы незаконной застройки в бывших республиках СССР
[4] Перефразированная Шелдом песня В.С.Высоцкого "Антисемиты".
Глава 27. Дикая карта[1]
Год 5099 от явления Творца, середина марта
Место действия: Королевство Гренудия, Ограс.
- Тирр Мердгрес, вам доставили срочное письмо, - зайдя в кабинет молодого аристократа, сообщил недавно нанятый новый дворецкий. И, предупреждая возможный вопрос, поспешил уточнить: - От кого - не могу знать. Посыльный отдал пакет и, не отвечая на вопросы, сразу же скрылся.
- Ладно, разберусь, - недовольный, что пришлось отвлекаться на непонятно какую ерунду, ответил Аллин, - Положи пока на край стола.
Дождавшись, когда слуга выйдет из комнаты, маг применил несколько известных ему диагностических плетений. К его удивлению, в пакете кроме обычного листа бумаги действительно ничего больше не было. Однако содержимое послания ни чуть не улучшило начавшее портится настроение. Мало того, что оно было подписано мерлом Красом Рислентом, так ещё и сообщало, что тирр Дармент в самое ближайшее время собирается убить короля Винсента и королеву Гианару, а Элеонору пленить и насильно выдать за своего сына.
- Эта семейка будто специально существует для того, чтобы отравлять мне жизнь, - скривился он, кидая злосчастный листок на стол.
Как бы ни костерил Аллин и письмо, и его автора, но проигнорировать его не мог ни коем образом. Тем более, что как раз на следующий день было намечено массовое мероприятие, от участия в котором он с большим трудом, но всё же смог "откосить". Назавтра король Винсент I решил устроить очень любимое народом действо под названием публичная казнь "государственных преступников". В былые времена подобные развлечения всегда способствовали усилению если не народной любви, то, как минимум, уважения к действующей власти.
Не сказать, что молодой тирр так уж сильно переживал за жизнь своего сюзерена, но убиение не успевшего обзавестись потомками короля автоматически ставило крест и на перспективах Гианары остаться в живых. Она наверняка будет сопровождать супруга на площади, где станут вешать несогласных с политикой её мужа.
Этот день можно было бы занести в анналы истории уже за то, что дойдя до этой мысли Аллин не кинулся сломя голову "спасать и защищать", а достал лист бумаги, перо и, взвешивая и обдумывая каждое слово, написал письмо эйру Айнтерелу. В письме он, не раскрывая своих источников, изложил предупреждение о крайне вероятной угрозе королевской чете и свои соображения, что можно предпринять, чтобы их предотвратить. Стало ли причиной столь взвешенной реакции осмысление всех предыдущих залётов или присутствие в описании проблемы рядом с именем Гианары ещё и её коронованного супруга, то осталось для истории неизвестным.
***
- Жители славного города Ограса! Слушайте и не говорите, что не слышали! Завтра в полдень, на площади горшечников будут казнены бунтовщики, посмевшие клеветать на нашего, милостью Творца, славного короля Винсента I. - распинался на небольшом пятачке на пересечении двух улиц глашатай. Сегодня ему и ещё нескольким десяткам его коллег предстояло оповестить горожан об намечающемся "увеселительном мероприятии", дабы обеспечить подобающую массовку из любопытствующих зевак.
Два стражника, нёсших свою караульную службу около приютившегося здесь же в закутке небольшого рыночка, лениво посматривали то на вестника монаршей воли, то на мрачных, спешащих по своим делам прохожих. Всего несколько месяцев прошло с момента исчезновения короля Эдмера, а как переменился и город, и люди!