Леонид не стал спускаться с Леной и Николаем Алексеевичем до самого моря. Прошел с ними до середины лестницы, рассказав об истории парка, и вернулся к машине. Так что основную часть времени они гуляли вдвоем. Вспоминали свои предыдущие путешествия в Крым и связанные с ними приключения, потом перешли к разговорам «о жизни, о любви». Лена с удивлением узнала, что Николай Алексеевич был женат три раза, причем, два его первых брака случились в молодом возрасте. А третий раз он женился в тридцать пять лет, и этот брак оказался гармоничным и крепким. В прошлом году они с женой отметили тридцатилетие свадьбы.
– Тридцать лет вместе, – улыбнулся Николай Алексеевич. – И за все эти годы ни разу не возникло сомнений в правильности своего выбора, не мелькнуло и мысли о разводе. А ведь после второго развода я думал, что счастье в личной жизни не для меня, что нужно выбросить из головы эти идиотские, бессмысленные мечтания и заниматься только любимой наукой.
– Невероятно, – покачала головой Лена. – Да почему же… почему же вам так не везло в личной жизни?! Вы сказали, что ваша вторая жена не любила и не ценила вас. Ну, что не любила – такое, к сожалению, случается. Женщины вступают в брак без любви, если видят, что мужчина хороший и надежный. Но при этом они ценят мужей – вот именно за эту надежность! И в нашей стране всегда был дефицит мужиков. Он и сейчас есть, а во времена СССР был еще сильнее. Женщины выходили за всяких, только бы замужем быть. А вы… вы ведь были мужчиной первого сорта по тогдашним меркам! Как же такого не ценить?
Николай Алексеевич рассмеялся.
– Ах, Леночка! Да кто же ценит то, что само плывет в руки, ради чего потрудиться не пришлось? Что дешево досталось, дешево и ценится. И, если человек не столкнулся со скотским отношением, он не оценит хорошего. Чтобы оценить хорошего работодателя, нужно сперва поработать под началом плохого, не так ли? Так же и в личной жизни.
– Да, это верно, – закивала Лена.
– И дефицит мужиков… Кто-то его ощущал, а кто-то и нет. Я вот, например, ощущал дефицит женщин. Что толку с количества, если не находится идеала? А мне хотелось идеальности, гармонии душ и телес… Вы все еще удивляетесь, что у меня было два неудачных брака?
– Нет, – рассмеялась Лена. – Максималистам всегда очень сложно. А я? – она посмотрела на него с волнением. – Я максималист или нет? Мне кажется, что да. Но, может, я ошибаюсь? Сначала жила с алкоголиком, который так и не смог ради меня бросить пить. Потом этот Олег… Непьющий, симпатичный, неглупый, но полное ничтожество. Мне самой странно, что я прожила с ним четыре года, хотя уже через год после свадьбы перестала его уважать. Вот, зачем я жила с ним? Я дура?
Николай Алексеевич замахал руками.
– Ой, Леночка, молчите про дураков. Со мной во втором браке вообще случилось такое, что и рассказать стыдно. Застал жену с любовником – дома, в своей постели! И первый раз простил…
– Простили? – ошарашено переспросила Лена. – Но почему?!
– Надо полагать, потому, что был позорным лохом, – с философской усмешкой пояснил Николай Алексеевич. – А какое тут еще объяснение? Только одно – лох.
Лена озадаченно посмотрела на него и расхохоталась.
– Ох, Николай Алексеевич, извините…
– Да зачем извиняться? – весело возразил он. – Над лохами положено смеяться, это вполне естественно. Не хочешь, чтобы над тобой хохотали – меняйся, переставай быть лохом. Только здесь, моя дорогая, подстерегает серьезная опасность, – Николай Алексеевич внушительно посмотрел на Лену. – Меняться-то нужно, конечно. Но только так, чтобы не растерять все самое лучшее, самое чистое в себе! И конечно, – прибавил он после паузы, – нельзя сдаваться, закрывать свое сердце для любви.
Лена поднялась со скамейки, на которую они недавно присели, возбужденно прошлась вдоль нее.
– Не закрывать свое сердце… Да легко сказать! А если опять будет разочарование, обман?
– Не будет, – возразил Николай Алексеевич, – если жить не одними эмоциями, а еще и рассудок подключать. Внимательно смотреть, что за человек перед тобой, стоит ли он доверия, уважения, любви.
– Но ведь это и называется – искать человека по расчету. А причем здесь любовь?