– Рада видеть вас, хайсит Главный Тюремщик, – церемонно произнесла дочь консула. – Я знаю, что вы не любитель подобных развлечений, но надеялась, что вы не откажете мне в любезности почтить нас своим присутствием, а заодно представить нам вашу очаровательную спутницу.
Услышав такие слова, Кэри по привычке попыталась укрыться за спиной Сандро, но Дэмьен хоть и с некоторым трудом удержал ее. Елена между тем продолжала:
– Помнится, я обещала вам устроить ее выступление в этом салоне. И сегодня пришло время сдержать обещание.
– Но, хайситта, – к удивлению Дэма молодая актриса нашла в себе смелость возразить: – я ведь совсем не готова.
– Пустяки, – Елена грациозно поднялась с софы. – Я не пропускаю ни одну премьеру, и могу без тени сомнения заявить, что ваш голос на сегодняшний день – главное достояние Театра. Пойдемте, я провожу вас за кулисы. А если вам нужна поддержка спутников, что ж, я возьму на себя смелость и приглашу их составить нам компанию. Прошу нас извинить, хайситы…
Следуя за дочерью консула в закулисную часть салона, Дэмьен терялся в догадках. Обычно простая в обращении Елена наплела таких словесных кружев, что запутаться было в пору. Что же она хотела за ними спрятать?
Долго гадать ему не пришлось. Оказавшись в скрытой от зрителей части зала, Елена указала Кэри путь на сцену.
– Вам туда, дорогая. Сейчас закончится номер, и объявят ваш выход. Надеюсь, арию секта вы не позабыли. А скрасить ожидание вам поможет этот милый молодой человек.
Она в упор посмотрела на Сандро, но в отличие от молодой актрисы тот не смутился, а вопросительно взглянул на Дэмьена, ведь он получил четкие инструкции не отходить от Главного Тюремщика даже на шаг.
– Все в порядке, – кивнул Дэмьен. – Думаю, ты можешь меня доверить хайситте Арпад. Ничего плохого со мной не случится.
Библиотекарь согласно поклонился в ответ и увлек Кэри к сцене, едва заметно покачивая головой. Остаться наедине с дочерью консула – что для его начальства могло быть хуже?
Подождав, пока молодые люди скроются из вида, Елена решительно увлекла Дэмьена в пустующую гримерку и, поспешно захлопнув дверь, заперла ее на ключ. Она крепко схватила Тюремщика за запястья и, глядя ему прямо в глаза, взволнованно произнесла:
– Тебе грозит опасность, Дэм.
– Что случилось? О чем ты?
Дэмьен попытался высвободиться, но потерпел неудачу.
– Неужели ты думаешь, что я рискую репутацией просто так? – горько усмехнулась Елена. – Ты же наверняка знаешь, что о нас судачат все кому не лень?
– Да, но…
– Вчера поздно вечером к моему мужу заявился полковник Тайной полиции, – перебила его Елена. – Они заперлись в кабинете и говорили, наверное, с полчаса. Потом… Я испугалась, когда увидела, что Роланд выходит из кабинета в сопровождении четырех Тайных полицейских. Не то эскорт, не то охрана, не то конвой. Он подошел ко мне и сказал, что немедленно уезжает на миссию к Детям Воды, с которыми вы недавно подписали договор, для участия в торжествах по случаю объявления их новой правительницы. А потом посмотрел прямо в глаза и с нажимом произнес: «Пожалуйста, дорогая, пока меня не будет, береги Дэмьена». И я поняла, что он говорил не о нашем сыне. Он говорил о тебе. Ты в опасности, Дэм. И, мне кажется, что Роланда спешно услали подальше, чтобы он не сумел тебе помочь.
– Погоди, Елена, – Тюремщик протестующе вскинул руки. – Все это может быть…
– Плод моего больного воображения? – горько усмехнулась она. – Боюсь, это не так. Потому, что Роланд сказал еще кое-что. «Передай Дэмьену, что я обязательно привезу ему из поездки его любимые оливки. Говорят, они там растут на каждом шагу». А ведь он как никто знает, что наш сын терпеть не может оливки. В отличие от тебя.
После этих слов, рвущиеся наружу возражения застряли в горле Тюремщика. Да, он обожал эти сектовы оливки. А будучи ребенком, умудрялся жевать их даже вместе с мороженым, так ему казалось вкуснее. И, главное, Роланд знал об этом. Долгие дни плена нужно было как-то коротать. Вот и вытаскивались из запасников памяти вроде ничего не значащие, но почему-то дорогие воспоминания, способные хоть немного отвлечь от наполненной болью действительности.