– Именно про это я и говорила, профессор. Нет постоянства. Но я, если честно, не рассматривала с такого ракурса эти вопросы, и, видимо, вы действительно сможете помочь нам шагнуть вперед, – ответила Юля, прикладывая свою ладонь к считывающему устройству на двери.
Пройдя проверку, которой не миновал и сам генеральный директор, все трое зашли внутрь лифта.
Профессор сразу же обратил внимание на то, что внутри отсутствовала обычная, в его понимании, панель с кнопками, с помощью которой можно было выбирать нужный этаж. А вместо привычной лифтовой кабины взору Нойерома предстала ожившая 3D-анимация девственных джунглей с огромной рекой внизу, которая, пробиваясь между гигантскими деревьями, устремлялась прямо к горизонту. Повсюду летали птицы, которые приземлялись, как казалось, на крышу лифтовой кабины. Конечно же, все это было обычной голограммой, искусно спроецированной на стенки кабины лифта, но мозг отказывался подчиняться здравой логике.
Видя легкое замешательство Нойерома, Юля поспешила успокоить его:
– Профессор, я надеюсь, вас не сильно пугает данное место. Я понимаю, что к таким изыскам вы не привыкли, но это вынужденная мера. Спуск вниз, а потом еще под землю займет у нас порядка 3 минут, и стоять все это время в замкнутой коробке без возможности выйти очень сильно давит на мозг многих наших сотрудников, а у нас работают люди, которые страдают клаустрофобией. Поэтому мы и создали вот такую спроецированную иллюзию, чтобы человеку не казалось, что он в замкнутом пространстве. Вдобавок было несколько случаев, когда лифт останавливался.
Лицо профессора немного побледнело. Мысль о том, что он может застрять в этом лифте на огромной высоте от земли, повергала его в ужас. Такое развитие событий его не особо привлекало.
– Я надеюсь, он не будет останавливаться сейчас, – тяжело сглотнув слюну, проговорил Нойером.
– Профессор, – засмеявшись, ответил Сергей, – не бойтесь. Этот лифт сродни швейцарским часам: делался на заказ, и, скорее, машина президента заглохнет, чем этот лифт остановится. В конечном счете данный лифт снабжен своим источником питания, который я предусмотрительно установил после того, как в самом начале, когда мы запускались, пропадало электрическое питание, что и приводило к тем самым остановкам, про которые вам сказала Юля. При активации дополнительного источника запускается программа на подъем лифта на верхний этаж с меньшей скоростью, но зато пейзаж никуда не исчезнет и долго сидеть не придется.
– Все-таки я привык твердо стоять на ногах и знать с уверенностью, что я сам могу регулировать свое направление в пространстве, а не доверять какой-то консервной банке, пусть и разукрашенной, – с недовольством подметил Нойером.
Лифт продолжал плавно и бесшумно спускаться вниз по лифтовой шахте.
Профессор всматривался в дивный пейзаж, который, как ему казалось, был настолько реален, что хотелось протянуть руку и прикоснуться к нему.
Как и было обещано, вид природы отвлекал человека от мысли замкнутости и неприятного сгустка эмоций, который при этом возникал.
Завороженный такой живой картинкой Нойером даже и не заметил, как лифт плавно остановился и двери открылись. Только когда он заметил, что Юля и Сергей выходят из кабины, он развернулся, и перед ним во всей своей красе предстало сердце «Криодрима» – его лаборатория с капсулами и погруженными в них испытуемыми.
– Удивительно, – вырвалось из уст профессора. – Сколько тут камер?
– Всего 200, но на данный момент задействовано 116, остальные мы заменяем усовершенствованными капсулами, – ответил Сергей.
– И все эти люди здесь по своей воле?
– Конечно. Поверьте мне, многие хотят продлить свою жизнь на пару лет, тем более за это мы им еще и платим.
Профессор окинул взглядом просторное пространство лаборатории, любуясь, словно маленький ребенок, всевозможными техническими конструкциями, напоминавшими ему фантастические фильмы прошлого.