может быть, кто-то из ваших родственников или знакомых попа-
дал в подобные переделки? Уверен — что, нет. Так почему же мы
так любим все эти, мягко говоря, не совсем реальные истории?
Думаю, потому, что в каждом человеке до старости живёт малень-
кий ребёнок, и как всякому ребёнку, человеку хочется слушать сказ-
ки о прекрасных, сильных, непобедимых героях. Только, если рань-
ше, будучи ещё ребёнком, человек знал этих героев как: Гулливе-
ра, Кота в сапогах, доброго джина, живущего в волшебной лампе
, то выросши, эти добрые герои просто поменяли имена и мес-
та своих подвигов, превратившись в разнообразных супер-
мужчин и супер женщин из многочисленных романов, продающихся
в красочных, глянцевых переплётах на прилавках книжных мага-
зинов. Несмотря на смену внешности и времени действия, наши
любимые герои по-прежнему непобедимы, благородны и решитель-
ны в борьбе с постоянно меняющимися, одевающими на себя всё
новые и новые обличия, силами зла.
Увы — всего этого вы не найдёте, наш уважаемый читатель,
в раскрытой перед вами книге. Здесь описана жизнь, а не кра-
сивая лубочная сказка с всегда хорошим концом. Поэтому, кому
не интересна наша книга, кому хочется прекрасного и возвы-
шенного и что бы обязательно с «хеппи-эндом», может закрыть её
на этом самом месте, потому что, в продолжении нашего по-
вествования, вы, ничего подобного не найдёте. Для остальных
же продолжим.
Процедура закрытия дела — это последний шанс для арестанта
ещё хоть что-то изменить в своих показаниях. Исправить то, к чему
так не хочется возвращаться в мыслях и воспоминаниях...
Закрытие дела — процедура, в ходе которой арестант, в при-
сутствии следователя и адвоката, если таковой у него имеется, зна-
комится с материалами этого самого дела.
После чего, ему предъявляют обвинительное заключение (име-
нуемое арестантами — «объебоном») и он из подследственного, ав-
томатически становится подсудимым. Теперь, ему остаётся лишь
ждать суда, на котором, он от имени граждан Российской Федера-
ции будет либо осужден, либо оправдан.
Потому что никто не имеет права называть человека преступ-
ником, до того, как суд вынесет ему вердикт — «Виновен».
Стоя под ласковым солнцем начала осени, в пору разгара той
самой ее поры, которая зовётся у нас бабьим летом. Рудаков увидел Стаса.
Тот немного похудел , был в той же одежде, но с совершенно голой, бритой
и оттого поблескивавшей на солнце, головой. Заметив эти измене-
ния в нём, Рудаков непроизвольно коснулся рукой своих волос. Он
тоже брил голову наголо, но было это несколькими месяцами рань-
ше. И теперь рука его укололась об жёсткие, короткие, похожие
на щетину волосы.
Стас пристально и как бы оценивающее посмотрел на подель-
ника. Рудаков уже не прятал глаз, он научился не только выдержи-
вать подобные взгляды, но и самому смотреть так — пристально и
оценивающее . Он уже был не тот человек, который не-
сколькими месяцами раньше, в жаркий июньский день, выпрыг-
нул из раскалившегося от жары, фургона автозе-
ка на щебёнку тюремного двора.
Рудаков и сам осознавал, что сильно изменился с тех пор. Жизнь в
волчьей стае закалила его. Он уже не видел в каждом человеке потен-
циального друга. И даже на друга умел смотреть испытывающее.
«Не верь, не бойся, не проси», —Рудаков, словно насквозь про-
питался этими словами. Они вошли в его плоть и кровь. Стали тем
жизненным критерием, придерживаясь которого, он чувствовал
себя в относительной безопасности.
Живя в волчьей стае, он не заметил — как сам стал волком —
жёстким и расчётливым, готовым дорого продать свою жизнь.
- Здорово. — протягивая через железные прутья ре-
шётки ладонь, произнёс Зароков.
- Здорово, здорово...— пожимая руку, отвечал Рудаков.
- Как сам?
- Как сала килограмм!
Рудаков рассмеялся своей шутке, выставляя на показ ряд потем-
невших от чифира зубов.
Зарокова несколько смутил его смех, но это длилось лишь ко-
роткое мгновение и он, собравшись с мыслями, продолжил:
- Ну, как мы порешим с тобой?
- На счёт чего? — изображал искреннее удивление, произнёс Рудаков.