- Как?
- Не перебивай, всё объясню, или ты торопишься куда?
- Нет.
- Ну вот, сейчас садишься на край лавки. Мы тебе завязываем
глаза и ты ловишь удочкой в тазу рыбёшку. Каждая рыбёшка де-
сять .. Да нет —двадцать кругляков долга. Смотри, какой я добрый
сегодня, Гарри.
Гарри усадили на край скамейки, завязав перед этим глаза. Пе-
ред ним поставили таз с водой, в который нарвали кусочки бумаги
- это и была та самая рыба, которую он должен был ловить. Удоч-
ка представляла из себя скрученную бумажную трубочку с «кана-
тиком" вместо лески и какой-то пластмассовой загогулиной за мес-
то крючка.
Но сама ловля рыбы в этой процедуре было не главное. В один из
моментов, когда Гарри увлёкся этим занятием, сзади на
скамейку подсел арестант. Он согнул ноги и резко разогнув их, тол-
нул ступнями Гарри под зад. Тот, с удочкой и руках, слетел со ска-
мейки и опустился задом аккуратно в таз, наполненный до краёв
водой.
Куча брызг полетела в разные стороны. Вся эта сцена вызвала
гомерический хохот в камере. Гарри, как ошпаренный выскочил из
таза, держа руками мокрые штаны.
- Ничего, ничего — считай, всю рыбу поймал, —давились от хо-
хота арестанты.
— Смотри, а из таза пузырьки пошли...
- Гарри, а ты случайно, не дырявый?
-Нет.. Он же, пацан, как он может быть дырявым? Вспомни,
Как он мыло ел... Неслись в сторону испытуемого возгласы.
— Пускай потанцует, — кто-то прибавил громкость, и круглые
сутки звучавшая волна радиоприемника, заполнила бойким моти-
вом всё пространство камеры.
- Танцуй...
- За танец ещё. пятьдесят кругляков скостим. Гарри принялся
переставлять ноги с каким-то притопом.
— Лицо весёлое сделай.
Гарри уже плохо соображал — что с ним происходит и выпол-
нял команды с автоматической точностью. Он сделал такую гри-
масу, что все присутствующие покатились со смеху.
- Эротичней,эротичней.
- Одежду снимай.
Повинуясь этому приказу, он начал стаскивать с себя майку,
Воля его была окончательно сломлена. После танцев он ел тарака-
нов, один — за двадцать «кругляков" воды. Сначала он убивал их,
потом ел живых — живые стояли на десять «кругляков» дороже.
После, по приказу авторитетов, он занимался онанизмом на дальняке. И всё
равно, за ним оставался еще какой-то долг.
В конце концов, это развлечение наскучило арестантам, да и
надзиратель уже несколько раз заглядывал в «пику», пытаясь вы-
яснить причину чрезмерного веселья в камере. Поэтому, оставши-
еся «кругляки» ему били ложкой нержавейкой по голому .заду, пос-
ле били танком, но и это вскоре надоело и последние сто «кругля-
ков» ему из милости были прощены.
— Ты их отработаешь, — подытожили события вечера.
— Звонок, к тебе в бригаду пацана даём, смотрите не обижайте
его. - Звонок понял смысл иронии, с которой были сказаны эти сло-
ва, и с ухмылкой покачал головой.
— Гарри, — окрикнули , стоящего с опущенной головой и
уже подобно служебной собаке, готовой исполнить любое при-
качание, арестанта. — В хате тараканов — тьма, сколько разве-
лось. Ты, я смотрю, по тараканам большой специалист. — .Эти слова
вновь вызвали смех сокамерников. — Будешь убивать их в день по
тридцать штук. Убивать и складывать в коробок. Вот тебе тара. —
Гарри кинули пустой спичечный коробок. — Каждый вечер
будешь показывать нам по тридцать дохлых тараканов. Да, ещё, чуть
позабыл — спать будешь на том ряду, —арестант кивнул в сторону «шко-
нарей», на которых, сверкая грязными, немытыми пятками впо-
валку спали несколько «шнырей».
Но Гарри уже было все равно где, с кем, и в чём спать. Для него
было важным то, что на сегодня всё закончено и его, наконец-то
оставили в покое. Он свалился на указанное место и быстро зак-
рылся с головой одеялом.
ГЛАВА 17.
Не мудрено, что в подобной обстановке нервы выдерживали не
у всех. Некоторые просто лишались рассудка. Про одного такого
сумасшедшего по фамилии Назаров, мы расскажем поподробней.
Ни кто не мог толком вспомнить — когда он появился в камере
Рыжеволосый, с рыжей щетиной на лице и раскосыми глазами «за-
ехал» Назаров на тюрьму за наркотики. Одет он был для тюрьмы
даже шикарно — тёплая куртка, получившая в народе названия
«пилот», джинсы и кроссовки популярной фирмы.