— В-вы?.. — если раньше прислуга боялась лишний раз вздохнуть, то теперь она явно жалела, что вообще появилась на свет.
— Иногда кажется, что вы, уважаемые мои служащие, те ещё мазохисты. Вы молчите, а мне приходится вас лупить. Думаешь, это должно сказываться на моей совести? — с его губ сорвался смешок. — Миленько. Жаль, что это не так. Во всяком случае для вас.
Лицо официантки застыло в немом ужасе. Девушка слышала, что господин наказывает даже за малую оплошность. Видела последствия этих кар. Но она никогда не сталкивалась с ними лицом к лицу.
— Насколько я помню, тебя зовут Дана, верно?
— Да, вы правы.
— Дана, разве тебя не предупреждали, что во время работы прислугам нельзя пересекаться и уж тем более о чем-то болтать? Я терпеть не могу слухи, что каждая простушка среди вас любит распространять. Неужто ты позабыла?..
— Прошу, господин, поверьте: мы ни о чем таком не говорили! Клянусь всем святым!..
— «Клянусь всем святым»? — в глазах Бога мелькнул какой-то странный огонек. — Ты верующая?
— Да.
— Иисус отмучился на славу, чтобы очистить мир от грехов. Пошла бы и ты на такой шаг?
— Прошу прощения?.. — девушка испуганно попятилась.
— Разве у тебя нет человека, ради которого ты решилась бы на рискованный шаг? Например, на смерть.
Мускулы лица девушка напряглись. Прислуга пыталась держать себя в руках, однако выходило, мягко говоря, не очень.
— Если бы я спросил: кого убить — тебя или уже покалеченную служанку Мелани — кого бы ты выбрала?
На миг девушке показалось, что она под дурью. Все в комнате плыло; падало со своих мест; разваливалось на множество кусочков; ломалось на маленькие частички. В животе что-то очень сильно кололо, будто в поджелудочном соке никак не могут раствориться проглоченные еще вчера старые ржавые гвозди. Они протыкали внутренности насквозь, заполняли брюхо кровью.
— Господин, вы мне сейчас угрожаете?
— Я тебя предупреждаю, милочка.
— Подготавливаете, скорее всего? — служанка недовольно хмыкнула.
«Если уж он собирается меня прикончить, то я должна напоследок высказать свое мнение об этом ублюдке!» — на лице юной девушки нервно играли желваки.
— Может, это ты меня подготавливаешь? — на губах Бога образовалась широкая улыбка. — Выговориться хочешь?
— А мне не о чем говорить. Тем более такому, как вы, господин.
Бог встал со своего кресла. Девушка стояла, не смея лишний раз пошевелиться. Ее взгляд был прикован к подходящему боссу, который, медленно передвигая ноги, не отпускал ее из плена своих черных очей.
— А какой я?
— Странный, — Дана еле-еле сглотнула. — Опасный.
— И все?
Девушка не ответила.
— Ты боишься меня? — босс возобновил разговор.
— Да вы издеваетесь! — служанка нервно усмехнулась. — Вы запугиваете, угрожаете, говорите, что нанесли вред старшей по работе, несете чепуху о каких-то странных вещах... Конечно я вас боюсь!
Бог улыбнулся — широко, ярко, удовлетворенно. Он медленно нагнулся так, чтобы поближе взглянуть на заплаканные глаза Даны.
— Если честно, тебе и твоей подружке по работе определенно повезло, что вы девчонки. Иначе я бы приказал тому дылде выбить из вас обеих дурь.
Девушка сглотнула. Откуда-то на миг появившаяся смелость мгновенно растворилась.
— Прошу... — служанка трясло от страха.
— Заткнись, — перебил ее Бог. Отойдя от нее на полшага, он, сверля прислугу ледяным взглядом, сказал: — А еще спешу напомнить: вакансии на работу в мой особняк требуют одного общего правила — не придерживаться той или иной религиозной позиции, так как я сам являюсь атеистом, а слушать бредни сказочников не намерен. Я реалист, иные взгляды не принимаю. А теперь собирай манатки и вали домой. Ты уволена также, как и твоя подружка, которая, к слову, в целости и сохранности ждет тебя в коридоре.
Дана, витая в облаках то ли от облегчения, то ли от счастья, молча поклонилась и выбежала из комнаты.
Бог слабо улыбнулся.
— «Уважение начинается со страха». Так ведь, Джилл?
***
— Господин?
Бог, оторвавшись от какой-то книги, поднял взгляд. Дэрил, заметив, что привлек к себе внимание, сделал шаг вперед и поклонился.
— К вам посетитель.
— И кто решил заглянуть ко мне в столь поздний час?
— Увы, он не представился, просто дал эту записку и велел передать ее вам.
— А что в ней?
— Я не читал, сэр.
— Разве тебе не было интересно, Дэрил? — Бог удивленно нахмурил брови.