— И что же?
Ади тяжко вздохнул. Его лицо оказалось задумчивым. Нельзя было сказать, о чем его мысли. Казалось, о нечто печальном.
На лице Амадео появилась таинственная улыбка.
— В жизни есть люди, которые тебе не безразличны в плохом или хорошем смысле. В любом случае, заинтересовавшись в них, хочется их изучить. Узнать человека полностью, — мистер Гарсия отхлебнул чай. — Все мы одинаково хотим иметь преимущество перед другими. Особенно если они приходятся нам врагами.
— Мне казалось, что после стольких лет ты считаешь ее своей семьей. Хотя бы ее, — спокойно произнес Ади.
— Почему я должен принимать за свою семью девчонку, которая больше приходится родной кровинкой тебе, а не мне?
Жестокая судьба Ади породила мысль о счастье. Его руки внезапно стали дрожать, в горле застрял непроходимый ком вакуума. Голова начала болеть, и это было следствием сказанных мистером Гарсией слов.
— Чего? Мне? Этого... быть не может!..
— Она не приходится мне дочерью, — пояснил собеседник. — Я это проверил сразу после ее рождения. Но есть несколько... скажем, документов, которые определяют двух кандидатов на роль папаши: ты и садовник, что работал здесь до кончины Джилл. Как ты сам знаешь, женушка меня ненавидела так сильно, что готова была родить от кого угодно, но только не от меня.
— Я... я готов сдать генетический материал! — решительно произнес Ади, однако Амадео, недовольно нахмурив брови, сразу же отрезал:
— Как я уже говорил, Диана... ах, прошу прощения, Адита много чем мне насолила.
— Ты изменил ей имя?
— Ади, ты должен быть благодарен. Ади и Адита — ничего общего не чувствуешь? — улыбка Амадео походила на злобный оскал. — Банальная игра слов.
«Мерзавец!» — Маквиллен тяжело сглотнул, но постарался не подать виду.
— А еще отнял у нее право зваться наследницей рода Гарсия, — продолжал хозяин дома. — Теперь твоя потенциальная дочурка безымянная Льюис.
— Что же тогда она натворила, раз ты так решительно настроен против нее? — смущенно спросил Ади. Далее мужчину осенила мысль, под воздействием которой он вскочил с места и воскликнул: — Ты поэтому вызвал меня к себе?!
Амадео по-хитрому улыбнулся. И тогда он произнес следующие слова — медленно, вальяжно, растягивая слоги:
— Сыграем в бога и дьявола, Ади?
***
— Впервые в жизни я чертовски благодарен тебе за то, что разбудил, — буркнул Бог, недовольно поглядывая на Дэрила. Все же ему не нравилось, что перед слугой он позволил себе показаться столь слабым и ничтожным.
— Я слышал, как вы тревожно вздыхаете, — тихо молвил дворецкий, — а когда будил, долгое время не просыпались. Вам снился кошмар?
— Скорее кошмарная реальность.
Личный кабинет утопал в безмолвии. Однако оно часто прерывалось тиканьем старинных настенных часов.
Бог, испытывая неописуемые слабость и головокружение, старался контролировать эмоции, чтобы они не отразились на его лице; чтобы не оказались прочитанными стоящим перед ним Дэрилом, который неотрывно на него пялился своими холодными серыми глазами. Это были эмоции страха, ненависти, неведения, презрение ко всему миру, себе, стремление отключить свои чувства раз и навсегда.
— Я могу приготовить вам чай и принести пряности! — с улыбкой произнес паренек. — И пускай я беспокоюсь за вас, ведь вы впервые уснули, сидя на кресле...
— Черт, Дэрил, с чего ты такой шумный?.. — недовольная гримаса господина стала еще злее.
— Я... хотите, я оставлю вас одного?
— А ты, блять, все еще здесь?! — рявкнул Бог, стукнув по столу кулаком.
У господина ныло сердце. Что-то готовилось, близилось, обрекало его. Но что именно? Непонятно.
«Попытайся узнать о ее грешке быстрее вести от меня — является ли садовник ее папаней».
Нечто неизвестное преподавало какой-то страшный урок, который в свою очередь включал в себя что-то донельзя прекрасное.
«Сыграем на мою фамилию, Аид? Все равно у моего рода нет наследников. Больше нет...»
Дэрил вытащил из кармана своих брюк чуть помятое письмо и аккуратно положил на стол.
— Я не буду больше вас беспокоить. Зовите, если понадоблюсь.
— От кого оно?
— Его передал тот человек в мантии, что приходил ранее...
Заметив, как жадно Бог схватился за письмо и начал осторожно, но очень торопливо рвать конверт, Дэрил поспешил скрыться. Оставшись один, господину все же удалось вытащить заветную бумажку.
«Приветики. Спешу сообщить: медленно, но верно, втираюсь в близкий круг нашей девочки. Не стану вдаваться в подробности как именно, но у меня есть помощничек. Будьте спокойны: рыбка на моем крючке. Однако я все же надеюсь, что избрали себе эту серую мышку не в качестве любовницы. С вашими-то возможностями вполне реально выкупить весь султанский гарем, если б можно было повернуть время вспять.